Книга Фетиш, страница 139 – Тина Альберт

Виктория смотрит на меня с любопытством, слегка наклонив голову. Солнце играет в её темных волосах, и я снова ловлю себя на мысли, что не могу отвести взгляд.

— Хочешь сказать, что готов рискнуть? – в её голосе слышится вызов.

— Возможно, – делаю шаг ближе. – Ради некоторых вещей стоит выйти из зоны комфорта.

— Даже если это опасно? – она тоже делает шаг вперед, и теперь между нами остается совсем небольшое расстояние.

— Особенно если это опасно, – отвечаю я, чувствуя, как учащается пульс. – Знаешь, иногда самые важные вещи в жизни начинаются именно с риска.

— Философ, значит? – она улыбается, и в её глазах появляются озорные искорки. – А может, ты просто пытаешься произвести впечатление?

— Может быть, – честно признаюсь я. – Получается?

В этот момент с другого конца яхты доносится смех наших друзей, но мы оба словно не замечаем этого, погрузившись в свой собственный мир.

Одри

Возвращаюсь домой далеко за полночь. Ноги нещадно гудят, а в голове все еще звучит монотонное пиканье медицинских приборов и отголоски разговоров с Джейсоном. На улице моросит мелкий дождь, и я, поёжившись, достаю ключи из сумки. Пальцы едва слушаются от усталости и холода.

Открывая дверь, замечаю полоску света из-под неё, и внутри всё сжимается – Дэйв не спит.

В прихожей пахнет запечённой рыбой и розмарином. Муж стоит, привалившись к стене и скрестив руки на груди. На нем домашняя футболка и джинсы – значит, даже не переоделся ко сну. Его челюсть напряжена, а в глазах плещется едва сдерживаемая ярость. Краем глаза замечаю накрытый стол в гостиной, где остывают два прибора.

— Мы должны были ужинать в восемь, – его голос звучит хрипло. – Я запекал сибаса с овощами. Твой любимый рецепт.

Чувство вины накатывает волной, но я слишком устала для этого.

— Прости. Но сейчас правда не голодна, – снимаю промокшие туфли, массирую стопы.

— И долго ты собираешься продолжать свои визиты к нему? – его голос звучит обманчиво спокойно, но я физически ощущаю, как накаляется воздух между нами. От стены отделяется его тень, делает шаг ко мне.

Устало расстегиваю пуговицы на пальто, капли дождя стекают с рукавов на коврик в прихожей. Пытаюсь подобрать правильные слова, хотя знаю – их просто не существует:

— Столько, сколько потребуется, пока он не восстановится. Ему сейчас необходим человек, который помог бы вспомнить, кто он есть. У него больше никого нет, – я делаю паузу, собираясь с духом. В горле пересохло. – Дэйв, ты тоже мог бы навестить его в больнице. Хотя бы раз. Он был твоим лучшим другом.

Его смех похож на лающий кашель, от этого звука у меня мурашки по коже:

— Ты в своем уме? Меньше всего я хочу видеть человека, который пытался разрушить наши отношения. А теперь он, даже не помня об этом, продолжает разрушать наш брак! – Дэйв взмахивает руками, и я невольно отшатываюсь к двери.

Его слова больно бьют по и так измотанным нервам. Перед глазами встает бледное лицо Джейсона, который сегодня часами пытался вспомнить хоть что-то из своей жизни.

— Наш брак разрушает не он, а ты, – мой голос дрожит от усталости и обиды. Достаю из сумки телефон, там три пропущенных от Дэйва. – И вообще-то он ничего не помнит. У него полная амнезия. Это идеальный шанс начать всё с начала и положить конец этой глупой вражде.