Книга Фетиш, страница 72 – Тина Альберт

Когда палатка установлена, Джейсон отправляется за хворостом, а я раскладываю спальники внутри. Вскоре слышу потрескивание разгорающегося костра и выхожу наружу. Джейсон сидит у огня, языки пламени отражаются в его глазах, придавая взгляду какую-то первобытную силу.

— Готова к настоящему походному ужину? – спрашивает он, протягивая мне заточенный прут для жарки сосисок.

Я киваю, устраиваясь рядом с ним на большом валуне. От его плеча исходит такое притягательное тепло, что мне хочется придвинуться ближе, но я сдерживаю этот порыв.

— И палатку поставить можешь и костёр разжечь, – говорю я, наблюдая, как ловко он управляется с костром. – Все делаешь с такой легкостью…

Джейсон поднимает голову, и в угасающем свете пустынного заката я замечаю легкую улыбку на его губах. Он откидывает назад прядь тёмных волос, выбившуюся из-под потертой бейсболки. Отблески пламени играют на его загорелом лице, подчёркивая резкие черты.

— Просто много практики, – он подкладывает еще одну ветку в костер. – Знаешь, иногда нужно сбежать от городской суеты, чтобы услышать собственные мысли. Здесь, среди этих древних скал и причудливых деревьев, всё становится кристально ясным.

— Где ты научился всему этому? – спрашиваю я, завороженная тем, как естественно он вписывается в этот дикий пейзаж.

— Отец учил, – его голос становится мягче. Он протягивает мне дымящуюся кружку с чаем. – Каждое лето мы проводили в походе. Он был настоящим мастером выживания в дикой природе. Научил меня не только разводить костер, но и ориентироваться по звездам, находить питьевую воду, и даже делать ловушки для рыбы. – Он вздохнул, глядя на медленно гаснущее солнце. – Были прекрасные времена.

В его глазах отражается пламя костра, а может быть, отблеск далёких воспоминаний. Я осторожно принимаю кружку, чувствуя, как тепло согревает озябшие пальцы.

— А сейчас? Вы всё ещё ходите вместе? – спрашиваю я, хотя что-то в его тоне уже подсказывает мне ответ, от которого холодеет внутри.

Джейсон откидывается на древний валун, нагретый за день беспощадным калифорнийским солнцем. Его взгляд устремляется в небо, где первые звёзды прокалывают темнеющий купол над пустыней. Причудливые силуэты деревьев Джошуа на фоне заката придают моменту какую-то сюрреалистичность.

— Нет, – произносит он после долгой паузы, и его голос звучит глуше. – Шесть лет назад они с мамой погибли в аварии. Пьяный водитель вылетел на встречку.

Моё сердце сжимается от боли в его словах. Я накрываю его руку своей, чувствуя шершавость мозолей под пальцами. В этот момент мне хочется защитить его, укрыть от всей той боли, что ему пришлось пережить.

— О, Джейсон… – мой голос дрожит. – Я даже не представляю, через что тебе пришлось пройти.

Он сжимает мою руку, его пальцы тёплые и сильные, словно пытаются удержаться за что-то реальное здесь и сейчас.

— Родители – это самое ценное, что у нас есть в жизни. Особенно понимаешь это, когда их не станет, – говорит он с горечью.

Его слова падают тяжёлым грузом мне на душу. Я отвожу взгляд, рассматривая причудливые тени, которые отбрасывают кактусы.

— Мы с моими родителями не общаемся, – признаюсь я тихо.

— Что? – в его голосе искреннее недоумение. – Я бы отдал всё, чтобы увидеть своих снова. А твои живы, но вы не общаетесь?