Книга Не рыцарь из прошлого, страница 15 – Аня Истомина

— Ох, ну как же так? — охает мама.

— Мам, посмотри, пожалуйста, чтобы Соня не порезалась, — беру у Паши салфетки и прикладываю к ране, но они тут же промокают.

Встаю и быстро ухожу в ванную. Смешно, но уже второй раз в день появления Пашки я разбиваю посуду и режусь осколками. Будто сама судьба напоминает о том, что рядом с ним может быть больно.

Шиплю, подставив руку под воду, чтобы смыть кровь.

— Сильно? — раздается сзади голос Паши. — Дай посмотрю.

Бросаю взгляд в зеркало и наблюдаю, как он прикрывает дверь.

Отодвигаюсь в сторону, Паша тут же перехватывает мою руку и морщится, глядя на порезы.

— Сильно, Ир. Давай доедем до больницы.

— Ой, нет, не надо, — отмахиваюсь. — Достань перекись, пожалуйста.

Паша тут же достает из полки аптечку и начинает обрабатывать мне руку. Мы едва с ним помещаемся в маленькой ванной, а за закрытой дверью я вообще чувствую себя будто в ловушке. На полутора квадратах очень быстро становится душно.

Дыхание учащается. Слишком интимно и близко мое прошлое сейчас ко мне. Слишком прямые и пристальные взгляды оно бросает на меня. Я чувствую мужественный аромат его духов. Это пьянит, оголяя давно припрятанные в самый дальний и темный уголок души желания. Прячу взгляд, но тело выдает с потрохами, реагируя мелкой дрожью.

— Сильно болит? — уточняет Паша, приклеивая уже третий пластырь. — Может, все же в приемный покой доедем?

— Да все нормально, не переживай так, — выдыхаю, убирая руку. — До свадьбы заживет. Спасибо, Паш.

Тянусь к двери, чтобы открыть, но врезаюсь грудью в мощную ладонь. Оборачиваюсь испуганно к Паше и наблюдаю, как он зачем-то снова включает воду в раковине.

— Ты чего? — вздрагиваю, когда он обхватывает ладонями мое лицо. — Паш…

Ничего больше не успеваю сказать, потому что он наклоняется ближе и жадно набрасывается на мои губы.

— Придется побыстрее с этим разобраться, — шепотом выдыхает, разрывая поцелуй.

— С чем? — обессиленно растекаюсь по стенке.

— Со свадьбой, — усмехается.

Прихожу в себя, понимая, что я натворила.

— Паш, дай мне выйти, пожалуйста, — упираюсь ему в грудь. — А сам разбирайся, с чем хочешь.

— То есть, ты даёшь мне зелёный свет? — отстраняется, но упирается руками в стену по обе стороны от меня, не выпуская.

— Конечно, — усмехаюсь, взяв себя в руки. — Я же не могу запретить вам жениться. Только меня не трогай. Иначе я расскажу все.

Брови Паши дёргаются вверх.

— Кому “нам”? — хмурится.

— Вам с Ариной, — пристально смотрю на него.

В расширенных зрачках его серых, как сталь, глаз мелькает удивление. Такое, которое невозможно сыграть. Молчаливое, сдержанное и достаточно искреннее, чтобы я тут же усомнилась в своих догадках.

Неужели, между ними ничего нет? Но, как же тогда понимать все, что я видела?

— У нас с Ариной ничего нет, — подтверждает Паша мою догадку, мягко касаясь пальцами моего подбородка.

Снова склоняется к моим губам, но я уворачиваюсь от поцелуя, несмотря на то, что мне безумно хочется наброситься на его губы самой.

— Паш, — выдыхаю. — Тебя не было шесть лет. Ты думаешь, что так просто можно взять и все вернуть обратно?

— А почему нет? — хмурится он, разворачивая мое лицо обратно и выдыхая мне в губы свой вопрос.

— Потому что я не уверена, что все снова не повторится. — отвечаю, и Паша все же ловит мои губы своими.