Книга Бывший муж. Чужая кровь, страница 3 – Лила Каттен

— Беременность – это лишь на короткий срок. К тому же есть фотосессии с одеждой для беременных…

— Лучше замолчи, твою мать! – угрожающе твердит он, и с меня действительно хватит.

— Нет!

— Ты говоришь мне «нет»? – он отрывается от дороги и смотрит на меня пристально всего пару секунд, но так подавляюще, что становится не по себе.

— Я говорю тебе «нет». Я не брошу работу моделью. Ты мог сказать, чтобы я тщательнее выбирала, в каких фотосессиях участвовать, обсуждать их с тобой, но не…

— Я должен был сказать? – снова смеется, ударяя несколько раз по рулю. – Это еще что за хрень?

— Прекрати уже ругаться.

— А ты прекрати себя так вести. Ты заканчиваешь с этим, и у нас все прекрасно.

— Я уже дала свой ответ.

— Вот как? То есть мы подаем на развод?

— Ты не всерьез, – машу головой, все еще не веря в то, что он говорит. – Этот ультиматум абсурден, как и разговор. Тебе нужно остыть.

— Твою мать! – кричит он сильнее обычного, и я пугаюсь так, что мое тело содрогается от страха.

— Ты меня пугаешь. Прекрати.

— Хрена с два.

— Тогда останови, и я выйду.

— Серьезно?

— Да. Останови машину. Я возьму такси, и мы встретимся дома.

— Прекрасно, – усмехается он и сворачивает на обочину.

Я забираю сумочку и выхожу из машины. Хлопаю дверью, и муж тут же срывается с места.

Когда задние фары скрываются в темноте, я вдыхаю порцию кислорода, смешанную с пылью, которую он оставил после себя. И этот кислород выбивает из меня дух. Слезы катятся градом по лицу, уничтожая прекрасный макияж и этот вечер.

Я сажусь на корточки и выжимаю досуха душу, прежде чем встать на ноги и оглядеться, чтобы суметь назвать адрес такси.

Но я не понимаю, что это за место. Этот район мне не знаком. К тому же ночи сейчас темные, а фонари стоят слишком далеко друг от друга. Позади какие-то постройки, и я следую к ним, чтобы рассмотреть улицу.

Подойдя ближе, я обнаруживаю полустертую надпись: «Ком…аров» без номера, и открываю приложение. Вбиваю улицу, и GPS распознает мое примерное местонахождение.

Беру люкс, на ожидание которого потребуется всего пять минут, и, сунув телефон в сумочку, поднимаю голову к небу. Аккуратно стирая остатки слез, я незаметно для себя снова всхлипываю и принимаюсь плакать.

Не думала, что нам предстоит такой разговор.

Стерев в очередной раз слезы, проверяю время ожидания, которое всего на минуту продвинулось, и убираю телефон в сумочку.

Вглядываюсь в темноту улицы еще какое-то время. Затем улавливаю слабый свет издалека и, обрадовавшись, делаю шаг вперед. Однако сзади меня резко хватают чьи-то сильные руки. А попытка закричать проваливается, так как на голову обрушивается сильный удар, и я больше не вижу никакого света, только темноту.

Елисей

Злость, ревность и даже боль разрывали меня изнутри, пока я вёл машину всё дальше от того места, где оставил жену.

Не могло идти речи о спокойствии или о том, что я смирюсь с тем, что произошло. Когда она сказала, что эта фотосессия была самой волнительной за долгие годы её карьеры, я ей поверил. Но я не знал, что речь шла о ней обнажённой перед другими людьми. На их площадках присутствует уйма людей. Не всегда женщины. Даже чёртов фотограф какой-то там Луи.

Нет! Я не планирую с этим мириться. У меня закипает кровь от того, что они видели. И мне не стоит думать о том, что она его касалась. Но картинки всплывают настолько красочные, что я с трудом сдерживаюсь.