Книга Бывший муж. Чужая кровь, страница 93 – Лила Каттен

Глянув на часы, я обнаружила стрелку на 18:00.

— Боже. Я задумалась и даже не заметила, как прошло время.

— Надеюсь, этого времени было достаточно, чтобы решить, какие вещи закинуть?

Я рассмеялась и, загрузив машинку, вышла с ней из комнаты.

— О чём думала?

— Хотела звонить отцу.

— Хороший вариант. Что тебя остановило?

— Хм, – закатила я глаза, словно ей нужен был мой ответ. – Твои заверения, что Елисей со всем справится.

— О, так мои слова всё ещё работают?

— Перестань, – обнимаю её, идя в гостиную.

Мы рассаживаемся на диване, откуда открывается мой любимый вид на море. Он такой умиротворяющий. Помогает очистить разум от ненужного.

— Я запуталась. Сомневаюсь во многом теперь.

— Например?

— По факту во всём.

Подняв на неё взгляд, я смотрю прямо в глаза бабушки:

— Ты думаешь, он любит меня так сильно, что готов на всё? Или дело в вине, которая не даёт ему покоя?

В этот момент раздаётся звонок, который располагается на воротах.

Мы обе идём к двери и смотрим в монитор, куда передаётся картинка с камеры над звонком, и видим Елисея.

— Вот сейчас мы и узнаем ответ на твой вопрос, – улыбается бабушка и тут же нажимает кнопку, которая снимает блок с калитки.

— Что ты делаешь? – шепчу гневно.

— Он приехал не просто так, я полагаю. Впусти гостя, невежливо держать его на пороге.

— Бабушка, – шикаю на неё, но она уже сворачивает за угол, где располагается кухня.

«Она что, чай пошла готовить?»

— Бабушка, – зову её так же тихо, но она уже меня не слышит.

Поэтому я собираюсь и открываю дверь, у которой тут же останавливается Елисей.

— Привет ещё раз. Извини, что без приглашения. Не мог усидеть на месте. Переживал. Вы в порядке?

— Да. Анна спит сейчас, а…

— Голоден, Елисей? Мы собирались ужинать через десять минут.

Я оборачиваюсь и смотрю на неё своим недобрым взглядом, который она и не замечает.

— Ужасно голоден, – отвечает Елисей и ждёт, когда я его пропущу. И пропущу ли вообще.

Ужин проходит странно.

Наверное, только моей дочери спокойно и смешно. Она делится с Елисеем своими мыслями насчёт коллекции ракушек, которую теперь называла «нашей», то есть их общей. Ещё она рассказывает, что любит рисовать, ходит на занятия танцами и какой восторг испытала, когда выиграла в прошлом году под Новый год фигурки медвежат известной марки сладостей. Была акция у бренда. И нужно было просто зарегистрировать чек с покупкой, что мы и сделали. Каково было наше удивление, когда нам пришло письмо.

Разумеется, Анна вынесла их все. Не забыла и коробку с коллекциями из шоколадных яиц.

В общем, говорили только они двое. Бабушка улыбалась, а я… смотрела.

У нас с Аней было мало гостей в доме. Мало знакомых и тех, к кому мы ходили на вечеринки, посвящённые дню рождения или чему-то подобному. Она не спрашивала меня, почему мы не особо гостеприимны, не высказывала своего недовольства по этому поводу. Но что, если она просто молчала, чтобы не задеть меня и не обидеть? Что если я принимала это за норму, когда не должна была этого делать?

Смотря на этих двоих, я вижу, насколько комфортным складывается их общение, и понимаю, что это пугает меня.

Не выдержав, я поднимаюсь и убираю со стола. Когда бабушка пытается сделать то же самое, я умоляю её взглядом, и она садится обратно. Затем через минуту они все уходят с кухни.