Книга Вдохновленная Хаосом, страница 136 – Элис Кларк

Когда я была на грани очередной разрядки, он прохрипел:

— Я убью его. – Брошенная им угроза вызвала дрожь. Самое жуткое, что я не распознала, была ли то дрожь предвкушения или страха. – Тронув тебя, он подписал себе смертный приговор.

Еще парой толчков Арес столкнул меня прямо в объятия бездны эйфории. Прыгнув следом за мной.

Обнимая меня все там же на полу ванной комнаты, он дал мне очередное обещание:

— Больше никто не посмеет тебя обидеть. Никто и пальцем не прикоснется. Обещаю. – И я верила его словам, чувствуя, как сердце и душа наконец обретают покой. Хотя бы на этот краткий миг.

* * *

Когда мы вернулись к Уильяму, он все еще был в отключке.

Еще несколько недель назад я предлагала Аресу наладить отношения с братом. Теперь же, глядя на залитое кровью лицо, я ощущала лишь гнев и желание больше никогда не видеть его в нашей жизни.

Присев, Арес проверил пульс Уильяма.

— Жив.

— Что ты собираешься делать? – спросила я, вспомнив о его угрозе.

— Я бы с радостью прикончил его прямо здесь, но хочу услышать, что он скажет. Хочу знать причину.

Когда Арес встал, я подошла ближе и прислонилась к его руке. Во мне теплилась надежда, что, получив ответы, он наконец сбросит с плеч многолетний груз вины и сможет отпустить прошлое с миром.

— Ты должна решить, – сказал он.

Я подняла на него недоуменный взгляд.

— Либо мы пытаемся следовать букве закона, – добавил Арес с толикой презрения, – но тогда утащим на дно и твоего дядю. Либо вынесем приговор сами.

Отстранившись, я потянула Ареса за руку, заставив развернуться ко мне.

— Почему я?

В янтарных глазах мелькнул лукавый огонек. Арес коснулся моего лица и со всей серьезностью в тоне ответил:

— Говорил же, что зову тебя маленькой Мойрой не просто так. Богине судьбы и положено решать, когда и как оборвать нить жизнь.

В голове всплыло воспоминание. Когда-то я обвиняла Ареса в том, что он возомнил себя богом, решая, кому жить, а кому умереть. Чертова насмешка судьбы, что теперь ситуация обернулась с точностью да наоборот.

Моральная сторона вопроса пыталась гнуть свое. Дядю наверняка отстранят за сокрытие улик. А вот Уильяму обеспечен тюремный срок. Арес заявил, что убьет его. И я не сомневалась: даже если пойдем законным путем, он найдет способ прикончить брата в стенах тюрьмы.

Стану ли я считать себя убийцей и нести вину за смерть Уильяма всю оставшуюся жизнь? А если выберу другой вариант… предстану ли перед Аресом в ином свете? Разочарую ли его?

Сколько бы разум ни рассуждал о правильном и неправильном, белом и черном, сердце отыскало приют в серых тенях. Глядя сейчас на Ареса, я видела перед глазами образ того десятилетнего мальчика, Дэмиена. И знала одно: ради того, чтобы вырвать его из цепких лап демонов прошлого и избавить от возможных угроз в будущем, я пойду на все. Быть может, хорошим человеком мне уже не стать. Но я хотя бы останусь честной перед самой собой и перед человеком, которым очень дорожу.

За столь короткий срок Арес успел забрать мое сердце и душу. И я с радостью отдам ему и последние остатки здравомыслия.

— Давай совместим оба варианта, – озвучила я свое решение, даря ему теплую улыбку.

Привязывая брата к каменной плите в склепе, где имелись пазы, позволившие закрепить веревки, Арес пытался разобраться с собственными чувствами и эмоциями, переполнявшими нутро так, что на деле хотелось выкорчевать их с корнем, вскрыв грудную клетку. Ему не нравилось испытывать столько всего разом. Прежний холод в душе прельщал его больше.