Книга Вдохновленная Хаосом, страница 65 – Элис Кларк

Я успела кончить дважды, прежде чем ощутила тянущее чувство потери, когда Арес вытащил член и пустил брызги спермы мне на ягодицы.

— Черт, – пробормотала я, осознавая, что, кажется, этот музыкант окончательно меня сокрушил, снес последние крохи преград. Ни с кем я не испытывала ничего подобного.

* * *

Спустя время, когда Арес помог мне привести себя в порядок и одеться, а также избавил от повязки, прежде вернув себе на лицо маску, мы с ним устроились на плите.

— Держи. – Он протянул мне бутылку воды и сэндвич, которые достал из отброшенной в угол спортивной сумки, показавшейся смутно знакомой. Впрочем, все они друг на друга похожи.

— Спасибо, – тихо поблагодарила я, и в самом деле ощущая дикий голод.

Пока я жевала сэндвич, Арес неподвижно сидел напротив и следил за мной.

— Спрашивай, – велел он, как только я закончила и отпила воды.

Верно, он обещал ответить на любой вопрос. Но я так и не определилась, что именно хочу спросить. Почему сохраняет анонимность? Зачем преследовал меня после столкновения за баром? Или… Взгляд невольно упал на его левый бок, где под слоем ткани был шрам.

Решение пришло само по себе.

— Откуда эти шрамы?

Арес слегка наклонил голову. Уголки его губ дрогнули. Но что это значило?

Вот бы иметь какой-нибудь словарь жестов под рукой, способный помочь разгадать мимику этого психа.

— Ты могла спросить что угодно, но выбрала вопрос про шрамы?

Я кивнула.

— Почему?

— Хочу понять тебя.

— Зачем тебе это?

Что за игра в «вопрос-ответ»?

Я открыла и тотчас закрыла рот. Сперва думала избежать прямого ответа, но решила оставаться честной.

— Не знаю, – пожала плечами. – Просто делаю то, что велит сердце.

Еще несколько минут Арес изучал меня. И только потом начал говорить:

— Ты слышала что-нибудь про закрытое учреждение «Обливион»?

Я нахмурилась. Название показалось знакомым.

— Это не с ним был связан скандал двухлетней давности?

Когда сенатор Уильямс только вступил на пост, он молниеносно прославился, перетряхнув грязное белье влиятельных лиц штата.

— Да. Сенатор тогда нажил себе врагов. Зато спас несколько никчемных жизней. В том числе и мою.

Достав из кармана пачку сигарет, Арес вынул одну и принялся крутить ее в пальцах. К тому же он снова нацепил перчатки, продолжая скрытничать.

— Сеть «Обливиона» была довольна проста по концепции, – начал он. – С виду – психиатрические лечебницы. На деле – место, куда сильные мира сего ссылали не оправдавших ожидания отпрысков. Да и не только их, если уж на то пошло.

Что за родители могли пойти на такое? Исходя из того, что я читала два года назад, там чуть ли не эксперименты над людьми ставили. И подобное существовало у нас под носом. И поощрялось богачами.

— Всего существовало три клиники. Каждая была скрыта подальше от глаз. Филиалы разбросаны по краям штата. Северный «Обливион», Западный и Южный – над названиями не заморачивались. Все новички отправлялись в Северный, – голос Ареса ничего не выражал. Словно лишился любых оттенков чувств. – Там были самые легкие условия. Из наказаний предпочитали порку. Или голодовку. Большинство шрамов на спине появились в первые два года моего пребывания там. Со временем я даже привык.

— Сколько тебе было?

— Отец отправил меня туда в десять.

Я содрогнулась от мысли, что ребенку пришлось пройти через подобное.