Книга Приоритет, страница 17 – Дакота Таллинн

— Тебе нужно уходить или я опоздаю.

— Куда ты опаздываешь? — спросил он, ленивым голосом и не пошевелился ни на сантиметр.

— У меня запись в студии и тебе уже пора уходить.

— Через два дня начаться активная предвыборная кампания. Я хотел провести это время с тобой.

— Не всегда получается, так как хочется, — пожав плечами сказала Джессика, хоть её сердце затрепетало от его слов. Он хотел проводить с ней время.

Нейт встал с кровати и взгляд Джессики прошёлся от шести кубиков его пресса и ниже к V-образным мышцам, которые спускались к…

Так. Стоп. Сейчас нет времени разглядывать Нейта.

Джессика подняла голову и увидела широкую ухмылку Нейта.

— Нравиться, то что видишь, Джессика?

— Не нравилось, тебя бы здесь не было, — фыркнула она, направляясь в ванную.

Горячая вода смывала гель для душа, когда Джессика почувствовала как слова, которые долго крутились в её голове, сложились в песню. Она выбежала из душа и нашла блокнот на верхней полке. У Джессики везде лежали блокноты и ручки, это была её профессиональная привычка. Она записывала слова, пока капли воды, с её тела, капали на бумагу. Эта песня крутились у неё в голове на протяжении недели, но слова не складывались, а сейчас в одну минуты всё стало на свои места. Джессика дописала песню и вышла из душа, забыв про полотенце и включённую воду.

Нейт стоял перед девушкой, уже полностью одетый и улыбаясь смотрел на неё.

— Детка, ты ничего не забыла?

— Выключи, пожалуйста, воду, — попросила она, пройдя мимо него. — Я песню написала. Мне нужно переписать её.

Джессика прошла в гардероб и схватила халат, натягивая его на себя. Она села на кровать и начала переписывать текст на сухую бумагу. Когда Джесс закончила, она подняла голову и заметила пристальный взгляд Нейта.

— Что?

— Нечего. Просто это удивительно.

— Что именно? — спросила Джессика, идя а гардероб и переодеваясь в платье.

— Все певицы немного странные?

— Нет. Только избранные.

Девушка вернулась одетая в летнее платье, с открытыми плечами. Она подошла к Нейта и обняла его за шею.

— Когда ты освободишься? — спросил он, прижимаясь губами к Джессике.

— Не знаю. Я хочу записать эту песню, она станет последней в моём новом альбоме.

— О чём песня?

— Узнаешь, когда услышишь, — улыбнулась Джессика.

Они вместе вышли в гостиную и увидели Одри. Джессика знала Одри много лет и как только увидела ту на кухне, поняла что что-то случилось. Кухня в их доме почти никогда не использовалась, но несколько раз Одри бралась за готовку и это было ужасно. В первый раз после очередной ссоры с родителями, а второй после встречи с первой любовью. В последний раз она почти сожгла кухню, но всё обошлось.

— Привет, секси. Я так и знала что ты здесь, — без особого энтузиазма, произнесла Одри.

Джессика обошла Нейта и направилась к подруге, которая нарезала огурец, огромными кольцами.

— Одри, что произошло, — в полголоса, спросила Джессика.

— Ничего, Джесс.

— Когда “ничего“, ты не появляешься на кухне. Одри, говори.

— Поговорим потом. Ты сейчас должна быть в пути к студии, а ты только что вылезла из постели секси.

— Это он вылез из моей постели, — исправила Джесс, и съела кусочек огурца.

— Вообще-то я здесь, — отозвался Нейт.

— И что ты здесь делаешь, секси. Разве тебе не ждёт твоя политическая жизнь?