Книга Хрустальная ложь, страница 71 – М. Эль

И в этот самый момент, когда она произнесла последнее слово, где-то внизу, далеко за окном, в промышленной части города, раздался глухой, раскатистый взрыв. Мониторы перед Виктором мгновенно среагировали: на одном из них, отображающем карту города, вспыхнула красная точка, за ней последовало предупреждение: "Возгорание. Склад № 7. Высокая вероятность умышленных действий."

Это был один из его ближних складов. Важный узел в его логистической цепи. Удар был точным, быстрым и показательно дерзким. И совершенно безжалостным.

Валерия снова рассмеялась. На этот раз её смех был звонче, искреннее, но при этом в нём чувствовались нотки безумия. Смех победителя. Или, по крайней мере, того, кто нанёс первый раунд в их жестокой игре.

— Кажется, твой контроль дал сбой, Энгель, — прозвучало в динамике, когда грохот взрыва ещё отдавался эхом в его кабинете.

Виктор Энгель не ответил сразу. Его челюсть сжалась, а глаза, до этого холодные, загорелись внутренним огнём. Ярость закипала в нём, но это была не та слепая ярость, которая заставляла его уничтожать врагов. Это было нечто иное. Что-то, что заставляло его сердце биться быстрее, а кровь пульсировать в венах.

Азарт. Дикий, пьянящий азарт, который он не испытывал уже целую вечность. Она не просто нанесла удар; она объявила войну, используя его же методы, его же скорость, его же безжалостность. И она сделала это с таким изяществом, такой наглостью, что это вызывало не просто бешенство, а… восхищение. Черт. Он, кажется, её недооценил.

Глубоко внутри себя Виктор почувствовал неимоверное, почти физическое желание. Это было не желание убить её, не желание стереть её в порошок, как он поступал с другими, кто осмеливался ему перечить. Нет. Это было другое. Желание сломать её. Подчинить её дикую волю своей. Заставить её пылать только для него. Это было желание обладать ею, её умом, её телом, её огнём. Приручить эту змею, но не убить. Сделать её частью себя, своей королевой.

— Ты очень неаккуратна, моя девочка, — наконец произнёс он, его голос был низким, почти мурлыкающим, и в нём звучала угроза, но одновременно и нескрываемое предвкушение. — Но я это в тебе ценю. Готовься, змейка. Потому что я только что решил, что ты мне нужна. Живой.

Он оборвал связь, не дожидаясь её ответа. Улыбка на его лице стала шире, обнажая острые зубы. Его ассистент, стоявший неподалёку, почувствовал, как воздух вокруг Энгеля сгустился, заряженный неимоверной энергией.

— Склад № 7? — спросил ассистент, ожидая приказа о карательной операции.

— Забудь о складе, — пророкотал Виктор, его глаза смотрели в сторону города, где теперь поднимался столб дыма. — Я сам разберусь.

После звонка и огненного «привета» Виктору, Валерия ощутила невероятный прилив сил. Ярость, что бурлила в ней, теперь трансформировалась в пьянящее чувство триумфа и свободы. Её месть была точной, быстрой и бесшумной, как удар кобры. Она сбросила со своих плеч не только одежду, но и тяжёлый груз многолетнего напряжения, позволяя себе раствориться в музыке, которую так давно не включала.

В её доме зазвучал джаз — мелодичный, с хрипотцой саксофона, наполняющий каждый уголок пространства. Лилит налила себе бокал красного вина, терпкого, со вкусом ягод, и позволила себе танцевать. Её движения были свободными, раскованными. Она двигалась в такт музыке, сбросив с себя все маски, все правила. Её волосы разметались по плечам, глаза горели дьявольским огнём, а на губах играла та самая, хищная усмешка, которая в сочетании с её танцем делала её невероятно притягательной и опасной.