Книга Солнышко для Медведева, или Спаси нас, папочка!, страница 24 – Яра Саввина

— Как в кино? — улыбнулась она.

— Как в кино, — подтвердила, торопливо чмокнув её в носик, искренне надеясь, что нам повезёт не меньше, чем героям из фильмов.

Задвинув малышку за спину, ударила обухом топора по стеклу, готовясь к граду осколков, но вместо него по поверхности разбежалась лишь мелкая сетка трещин.

Методично работая топором, я пробивала нам путь к свободе. Пластик, который я приняла за стекло, поддавался неохотно, но дело двигалось.

Я торопилась, как могла. Руки подрагивали от напряжения, по спине стекали капельки пота. Но свежий ветерок, пробиравшийся в салон, придавал уверенности в том, что всё у нас получится.

Расчистив себе проход, я закинула рюкзак на плечи и, подхватив Злату, выбралась вместе с ней на крышу самолёта. Удача была явно на нашей стороне, иначе как объяснить тот факт, что край крыла практически лежал на плотной почве, из которой торчали мощные корни росших поблизости деревьев.

— Идём, родная, осталось немного, и мы выберемся на берег, — приговаривая, тем самым успокаивая не только её, но и себя, я вела Злату за руку по импровизированному мостику.

С каждым нашим шагом самолёт всё сильнее погружался в болото, исчезая в бездонной трясине, и только крылья ещё лежали на поверхности, удерживая вес. Пузыри воздуха, поднимаясь вокруг корпуса вверх, схлопывались с характерным звуком, нагоняя жути не только на притихшую дочку, но и на меня. Казалось, что под слоем чёрного ила спряталось чудовище, поджидавшее путников с распростёртыми объятьями, в которых их ждёт неминуемая гибель.

Первобытный страх из глубин подсознания выбирался наружу, обостряя все чувства до предела. Я слышала, как сквозь лягушачий хор, пробивается клёкот какой-то хищной птицы, кружившей в вышине. Чувствовала каждой клеточкой тела, как в ветвях деревьев шелестит листвой ветер, обещая желанный отдых в густой тени. Хотя если в рюкзаке не будет репеллента, про покой нам можно забыть, поскольку тучи комаров, поднимаясь над водой, предупреждали своим писком о том, что они не против отведать нашей кровушки на ужин.

И только выбравшись на плотную землю, я позволила себе выдохнуть с облегчением.

Скинув с плеч рюкзак, и прислонившись спиной к широкому стволу осины, я вдыхала воздух полной грудью и не могла надышаться. Ноги предательски подрагивали. Но сжимая в руке маленькую ладошку дочки, я ощущала, как радость наполняет сердце, а на губах расцветает улыбка.

Мы выбрались из болота! Мы справились!

Не знаю, что нас ждёт впереди, но этот этап мы прошли достойно. Отец бы нами гордился.

Яркое весеннее солнце опускалось к горизонту, предвещая скорый вечер. Отведённые самой себе минуты для отдыха стремительно таяли, уходя в прошлое, оставляя после себя лишь горечь разочарования от предательства.

Я знала, что есть люди, готовые на всё, чтобы усилить свою власть за счёт других или пополнить банковский счёт. Но, живя в иллюзии защищённости, созданной отцом, даже представить себе не могла, что один из них подобрался к моей семье настолько близко.

Владимир хорошо скрывал свою двойственную натуру, мастерски прикидываясь тем, кем не являлся на самом деле. Если было бы иначе, отец раскусил бы его замысел быстро. Он разбирался в людях, умел видеть их пороки, просчитывал скрытые замыслы… Но почему-то не в этот раз.