Книга Потусторонняя Академия. Охота на демонов и сундук мертвеца. Часть 2, страница 68 – Ксения Кантор

— Ты говорила еще кому-нибудь о трансгрессии? – почему-то спросил Марсель.

Я покачала головой. Внезапно с несвойственным ему пылом друг произнес:

— И не надо. Я чувствую, здесь не все так просто, как нам кажется. Продолжай изучать Инферно. Но не лезь в их демонские ритуалы. И вообще, я жалею, что мы раскопали тетради Обербаха. Ты носишься с ними, как одержимая. Лекси, ничем хорошим это не кончится.

Марсель смотрел на меня почти испуганно, всем своим видом призывая прислушаться. И словно вторя его чувствам, со стороны послышался голос сестры:

— Лекси! Вот ты где, – к нам подбежала София. Запыхавшаяся, напуганная. – Ночью был прорыв. Я успела предупредить Легата, но…– горло перехватило от слез, и сестре понадобилось время, чтобы справиться и продолжить, – погибли легионеры. Я точно не знаю, сколько.

— Легат жив?

Она поспешно закивала.

— Разлом остановили. Сейчас туда улетел магистр Аль-Касими и кто-то еще из Белого легиона, я точно не знаю. Но…Лекси…это было ужасно.

Мы с Марселем переглянулись. О даре сестры он, разумеется, знал. Но едва ли мог представить, каково это – видеть все заранее.

— Ты сделала, что могла. Просто помни, не предупреди ты, жертв могло быть в разы больше.

Мы двинули в сторону Академии. Пока шли, София пересказывала видение. Ей хотелось выговориться, я понимала. Сама была на ее месте ни раз.

С наступлением вечера легче не стало. Я переживала, думала, каково сейчас Стефану, ребятам. Пришла в темницу, погруженная в собственные мысли, а потому не сразу поняла, о чем толкует демон.

— Что прости? Повтори, пожалуйста.

— Где ты витаешь сегодня?

Я задумалась, стоит ли говорить Фурфуру о прорыве? Вдруг тем самым разбужу кровожадные мысли, память о собратьях…

— Немного устала, извини. Так о чем мы говорили.

Лохматый злобно выдохнул и повторил:

— Если отдам свою силу, меня выпустят отсюда?

Вопрос застал меня врасплох, пришлось признаться:

— Я бы могла поговорить с Легатом. Но для начала неплохо бы им сообщить о самом ритуале.

— Так никто не знает?

— Нет, только я. Мне показалось, не стоит раньше времени тревожить ученых. Но вернемся к делу, ты бы пошел на этот шаг взамен новой жизни?

— Да.

Слово упало тяжелым камнем. Сказав это, Фурфур замер и посмотрел на меня с едва сдерживаемым гневом и…безысходностью. В возникшей тишине было слышно только его рваное дыхание. Очевидно, решение далось ему крайне тяжело.

— Почему ты передумал?

— Уфир, как видишь, свихнулся, – он кивнул в сторону демона, которого я нарекла Бармалеем. Так вот как его зовут! – Абигор на грани. Я следующий, если не выберусь отсюда. В темнице наша сила работает против нас, сводя с ума.

— А что будет с тобой после трансгрессии?

— Я видел такое, – с нескрываемым ужасом признался он. – Это высшая мера наказания в Инферно. Ее применяют, когда от демона хотят избавиться. Навсегда.

Он умолк, я не торопила, понимала, ему нужно собраться. Наконец Фурфур вновь заговорил.

— После ритуала демон обретает почти человеческую сущность.

Это было сказано так, словно преступнику отрубали голову, не меньше. Возможно, для жителя Инферно трансгрессия действительно означала приговор, но не для меня.

— Послушай, давай откинем в сторону прошлые убеждения. Если ты обретешь человеческий облик и избавишься от демонической силы, то договориться о твоем освобождении будет в разы проще.