Книга 990 по прямой, страница 20 – Ванесса Рай

— Потом расскажешь. Я спать, – махнула я рукой и пошла в спальню.

Дом Спиридоновых начала оживать только к полудню. Первым проснулся Петр Егорович, и, зайдя на кухню, начал шумно пить воду. Сколько же он вчера употребил? Хотя праздник, можно и расслабиться…

Следом за главой семейства подтянулись и остальные домочадцы. – Кофе! Срочно кофе! – заголосила Наталья Николаевна. – Позавтракаем и гулять пойдем. Смотрите, как за окном красиво – белое все как в сказке.

Людоедка спустилась позже всех и рассеянно терла глаза, будто не помнила, что вчера творила.

— Леночка, ты чего не кушаешь ничего? Салатов сколько осталось… Не выбрасывать же, – щебетала мать Жени, услужливо пододвигая гостье тазик с Оливье.

— А чего ты тут сидишь? Давай к Эльдару поближе! – спохватилась она, глядя, как гостья ютится с краю стола.

Ночью Леночка, вероятно, была сильно навеселе и смутно помнила, какую дичь творила на кухне. Но сейчас, бросив взгляд на Эльдара, она все вспомнила, и моментально покрылась красными пятнами.

— Все, идемте на улицу, а то Леночке уже плохо! – прокричала хозяйка очага.

Через полчаса мы веселой гурьбой выкатились на мороз. Прошлись по наряженным улицам города, сходили на центральную елку и зашли в кафе греться. Эльдар всю дорогу молчал, а когда к нему обращались, то ограничивался односложными фразами.

Леночка то и дело бросала на него взгляды полные надежды, но активно действовать больше не решалась. – Арина, слушай… Мне у тебя спросить кое-что надо, – осторожно начала она, подловив меня в дамской комнате.

— Спрашивай, – внутренне напряглась.

— Ну… твой брат… В общем, он правда гей? – испуганно выпалила она. – Почему ты об этом спрашиваешь? – изобразила я праведный гнев. Надо подыграть «брату» – если правду, то она удвоит натиск.

— Просто он мне понравился... И я хотела с ним встречаться, – резала правду матку простодушная соседка Спиридоновых.

— Ясно. Ну, ладно. Это большой секрет, но скажу.… Да, это правда, – я говорила медленно, считывая с лица Леночки эмоции: надежда, разочарование, грусть, вселенская грусть...

Она вышла в зал, печально помахивая пышными бедрами. А я задержалась у зеркала, поправляя немного поплывший макияж.

— Зачем соврала? – послышался сзади женский голос.

Вздрогнула всем телом и едва не подпрыгнула на месте – я была уверена, что нахожусь в помещении одна, задумалась, а тут чей-то голос.

— Что? Это вы мне? – оборачиваюсь и вижу странную женщину: юбка в пол, на голове платок, яркий, даже вычурный макияж.

«Карнавальный наряд»? – промелькнуло в голове. Да, это цыганка! Точно.

— Тебе, красавица, тебе, – хитро прищурилась она. – Зачем подруге сказала такое? Сама знаешь, что неправда это.

— Кому? Вы о ком? – от неожиданности я застыла у зеркала, забыв, что собиралась подкрасить губы.

Женщина сделала несколько шагов к зеркалу и сняла платок. Копна черных как смоль волос упала на ее спину.

— Хотя правильно, она не подруга тебе. Завидует, и скрыть это хочет.

— Женщина, вы, о чем вообще? Мы с вами не знакомы, зачем праздник портите? – возмущалась я.

— Видела тебя с мужчиной, – она будто не слышала меня, продолжая изрыгать из себя странные слова. – Любит тебя. И другой есть. Тоже любит, но сильней, намного сильней.

Я испуганно отшатнулась от предсказательницы. – Откуда вы знаете про жениха? – бормочу я, лихорадочно собирая в сумочку косметику. Кисточка упала на пол, спонж улетел в соседнюю раковину…