Книга Ловушка на оборотня, или Встреча на краю… весны, страница 127 – Алёна Александровна Комарова

— Так значит Павел не первая жертва киллера?

— Вот-вот, и я не хочу стать следующей.

Стол действительно накрыли щедрый. Хозяин настаивал на ночном перекусе, хоть и выглядело это как свадебный стол. Виталий от рюмки отказался, так, как не употреблял за рулём. Лера налегала на клубнику и то только потому, что не хотела казаться некультурной, люди старались, а она не ест ночью шашлык.

— Так вы работали вместе? — напомнил Виталий о Жене и Петре.

— Мы по молодости покуролесили. Иногда вспоминать стрёмно. И нас таких было много. Целая банда собралась. Пацаны к нам прибились, ещё по малолетству.

Лера не сразу поняла, какие пацаны и к кому прибились, но по ходу разговора ей становилось не по себе. Ей говорили о муже, но ей казалось, что это всё враньё, воспалённая фантазия у человека. Такого не может быть. Она его сто с лишним лет знает. Она хорошо помнит их в школе, да они держались отдельной компанией, но чтобы состояли в какой-то там преступной группировке — это нонсенс. Да среди молодёжи такие новости быстро распространяются. Вот взять хотя бы драки за воротами школы, о них узнавали, как только один косо взглянул на другого, а в воздухе уже пошёл слушок о желании и намерении почесать кулаки. Или о чём сейчас говорит Сыромятин, нельзя было хвастать перед молодёжью. Наверное, Лера ничего не понимает.

— Но пацаны вовремя за голову взялись. Да и мы тоже. Покуролесили и разошлись. Они кстати шустрые были, сослужили хорошую службу — ребят от разборок спасли. А так бы перестреляли нас всех.

— Ого, а причина?

— Я надеюсь вы в полицию не побежите? Я вроде уже со всем завязал. Да мы все с этим завязали. Мне проблем не надо.

— Не побежим — заверил Виталий, надеясь, что Сыромятин сейчас не признается в убийстве людей. Так придётся своё слово забрать.

— Вот на днях девчонка мне машину поцарапал, так вроде решили всё по-хорошему: она мне должна её отремонтировать. А эта профурсетка, простите, Валерия Сергеевна, обокрала родителей. А меня потом вызывали в полицию. Там семейные проблемы, а я ни при делах. Пусть сами разбираются.

— Да? А я слышал, что вы девчонку на счётчик поставили.

— Ага, сейчас. Это она всё придумала. У молодёжи сейчас мозг работает, как у Стивена Кинга, но он нервно курит в сторонке, ему такой сюжет не придумать. Ну, вы по моему Лёшке, балбесу, уже всё поняли.

— А что же всё-таки произошло, что вас хотели перестрелять? — вернул Виталий Сыромятина в воспоминания.

— Пропал у цыган дипломат с наркотиками. Знайте, когда цыгане заходят в город, пришла беда. Так вот у них пропали наркотики, а нас обвинили. Стрелку нам назначили. А мы не при делах. Дали нам два дня на возврат, а не то найдут нас осенью по запаху.

Виталий слушал и не верил ни одному слову. Точнее, он умело фильтровал складный рассказ. Сказка со счастливым концом на самом деле была банальной повестью. Вот только сильно приукрашена для слушателей.

Сыромятин чувствовал вину перед преподавателем своего оболтуса, поэтому вдался в воспоминания, но слова подбирал.

— Они нашли дипломат. Притащили.

* * *

— Хорошо, что всё разъяснилось и Юльке не грозит опасность. Какой тяжёлый день, столько событий. Так спать хочется. С ног валюсь. В машине засну.

Лера открыла дверь в машину, но её место было занято. В нем уже сидел мужчина. Это она поняла по комплекции. Лера вздрогнула, хоть он и не сделал никакого опасного движения в её сторону, но чувствовалось угроза, она исходила от его безмолвия.