Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 198 – Марьяна Куприянова

От всех, кроме поганого копа.

Нина со всеми поздоровалась и поздравила с окончанием школы. Она была такая, как обычно, и не смотрела на Сета дольше положенного. Рамон схватил стаканчик с пуншем и поднял, чтобы чокнуться.

— Ну, за наш ебанутый, чудом выживший выпуск, – сказал он, и все выпили, улыбаясь меткости эпитетов.

— Джен, с тобой тут хотят поговорить, – решился Отто и мгновенно исчез под руку с Рамоном.

— Что еще за шутки? – напряглась Нина, глядя на Сета исподлобья.

— Понятия не имею, – ответил он, избегая зрительного контакта. Затем сделал большой глоток и добавил: – Icebreaker – это я. Это был я.

— Тоже мне новость. Я давно это знаю. Еще чем удивишь? Расскажешь, как играл за «Лиловых Драконов» в детстве?

— Откуда…

— Я была у тебя дома. Твоя мама показывала альбомы с детскими фотками. Да я и сама догадалась, когда ты вышел на лед в тот день. Ты оставил много подсказок. Например, тот ник в игровых автоматах.

Он слышал в ее тоне тлеющее безразличие. То, в чем он признался, чуть не зажмурив глаза, нисколько ее не поразило. Здесь следовало отступить. Но он не смог. Будто тормоза отказали. Внушительность своей фигуры Сет попытался использовать в качестве аргумента.

— Значит, наше общение в Сети ничего для тебя не значило?

— Это было прикольно. До того момента, пока я не поняла, что меня водят за нос. А стоило прямым текстом попросить честности, и собеседник исчез. Не очень-то ты сам дорожил нашей перепиской, а?

Что он мог ответить ей, сохраняющей полное спокойствие и презирающей ложь в любом виде? Сет сделал еще глоток, не глядя на нее. Понимал, что заставляет Нину чувствовать себя так, будто она навязывается, но ничего не мог с собой поделать. Отталкивал даже сейчас, в такой важный момент.

— Извини, не хотела портить праздник. Я здесь все равно ненадолго. Не вижу кайфа в том, чтобы пить и танцевать всю ночь, раскуривая травку в туалете. Да и настроение у меня не то.

— Ты же только что пришла.

Нина проигнорировала испуг в его голосе или не различила из-за музыки.

— Послушай, Сет… Что было, то было. Давай забудем. Я безмерно благодарна тебе за все, поверь, но школа подошла к концу. Тебе не обязательно пытаться мне что-то сказать, если ты этого говорить не хочешь. Сомнения идут от неуверенности, – она бесстрашно постучала пальчиком по вырезу на его груди, намекая на сердце, – не стоит произносить то, в чем сомневаешься. Значит, этому пока не место снаружи, Сет Ридли.

— Нина… не делай этого со мной…

Он чувствовал, как все его тело становится слабым и бессильным от ее слов.

— Не думай, будто я ничего не замечаю. Я и сама сделала многое, чтобы растопить лед, но этого оказалось недостаточно. Ты не готов. Прежде чем выяснять отношения с окружающими, разберись сначала в себе. Что-то у тебя в башке запрещает тебе контакты с людьми, которые тебе нравятся.

— Ты говорила, что считаешь меня славным парнем. Передумала?

— Нет. Я все еще так считаю. Но у тебя бардак в голове, вследствие чего ты часто ведешь себя противоречиво. Особенно по отношению ко мне.

Это была катастрофа. Дженовезе играючи вскрыла все его гнойники, и Сету нечего было ответить. Она во всем права.

— Ты и сама не готова к таким разговорам, – парировал он, ощущая, как опасно бьет в голову пунш. – Тебе же просто не нужны последствия таких разговоров.