Книга Constanta, страница 11 – Марьяна Куприянова

— А вы – мой любимый преподаватель! – в сердцах сказала я, а на глаза навернулись предательские слезы. Благо, что за столько лет хреновой жизни я научилась их подавлять в зародыше. – Вы знаете, кто будет в комиссии?

— Я думаю, будет доцент кафедры в первую очередь. Завьялова Елена Вадимовна.

— Вы ее знаете?

— Да. Вполне себе адекватный преподаватель. Сильно придираться не будет. Человек лояльный.

— Аж от сердца отлегло. А кто еще?

— Владимир Иванович Быков будет. Ничего не могу о нем сказать – как-то не сталкивалась, кафедры разные.

— Сколько их будет всего?

— Трое или четверо. В идеале трое, конечно. Так по протоколу заведено.

Меня внезапно взял страх – сдавать троим незнакомым людям, среди которых мужчина, да с моей боязнью сцены… Попала так попала. И слова не смогу выдавить из себя.

— Да уж… – протянула я безрадостно. – Ну, делать нечего. Это последний шанс. Так, а третьим кто?

— А третьим будет, я думаю, Довлатов Константин Сергеевич.

— А о нем что можете сказать?

— Без понятия, кто такой – он вообще ведет у журналистов, не у филологов. Я его видела-то пару раз.

— Ясно. Я вот тоже ни одного из них не знаю и даже не видела ни разу.

— Вы готовьтесь, Яна. Сколько вас идет всего человек?

— Двое.

— Маловато… с вами не идут не сдавшие? Такие вообще есть?

— Разумеется. Но они еще надеются сдать.

— Готовьтесь, – было заветом. – И сдадите, и избавитесь от этого груза.

— Похоже на молитву, – усмехнулась я.

— Вам все смеяться, Яна. Ладно, жду новостей. Как сдадите – сразу же пулей ко мне.

— Спасибо Вам за все.

Я положила трубку с великой благодарностью, невыразимой словами, к этому человеку, что всегда помогает мне, словно не является совершенно чужой мне женщиной. Спасибо, жизнь, за нее и за Ольгу.

Как опытный разведчик я решила прощупать почву и хотя бы посмотреть на членов комиссии, в чем, как я надеялась, мне поможет всемогущий Интернет.

Я зашла на сайт нашего универа и вбила в поиске по очереди нужные имена и фамилии. Все трое были зарегистрированы в чем-то вроде социальной сети нашего ВУЗа. Одна женщина, двое мужчин. Нет. Я точно не сдам, как бы ни уверяла меня в обратном Ольга. Фотография последнего – с литературной фамилией – меня чуток заинтересовала: в отличие от молодящейся тети-блондинки и мужчины средних лет с незапоминающейся внешностью, этот последний, судя по малюсенькому фото, обладал еще и достаточной молодостью, и привлекательностью. Что видно было на этом ограниченном квадратике – пародии полноценного аватара? Да в сущности ничего, кроме черных волос и доброжелательного лица. По крайней мере улыбался он приятно, да и извергом каким-нибудь не казался. Хотя внешность – такая обманчивая вещь.

И я принялась готовиться к четвертому апреля – решающему дню в моей жизни, как мне казалось тогда.

Период полураспада квантовомеханической системы – время, в течение которого система распадается с вероятностью 1/2.

Как обычно, подготовиться нормально у меня не получилось.

Виной тому была не только моя лень (хотя она в большей степени), но и неспособность запоминать то, что мне абсолютно неинтересно. Особенность памяти, из-за которой я никогда не буду отлично знать предмет, не привлекающий мое внимание.

Если бы еще преподаватель вызывал уважение, я бы только ради него все выучила. А в моем случае говорить не о чем: злорадная зазнавшаяся тетка, пользующаяся служебным положением, чтобы пропихнуть свой товар – какое может быть уважение? Таких людей бойкотировать надо, а не пресмыкаться перед ними.