Книга Лунь, страница 26 – Марьяна Куприянова

«Но где же он?» – лихорадочно подумала Лена, а вслух аккуратно спросила, подбирая слова:

— Илья Алексеевич всегда такой… радушный?

— Ага. Сколько его помню. Широкой души человек.

«Где же он, где? Неужели не придет?» – думала Лена, но не решалась спросить Полину – боялась выдать волнение. Она села за стол, поджав под себя одну ногу, глотнула чаю и обнаружила, что ее немного трясет, и желудок неприятно сжимается. Полина почему-то молчала, и это показалось подозрительным. «Неужели она все поняла? Неужели догадалась?». Но тут вошел гостеприимный хозяин дома, и Лена даже не старалась сдерживаться – все свое внимание она обратила на него.

— Ну что, согрелись немного? – спросил мужчина, наливая кипяток в свою кружку.

Лена неотрывно следила за каждым его движением. «Какая у него осанка», – подумала она.

— О-о, еще как! Спасибо большое, что выручил, – отозвалась Полина.

— Да ладно, не стоит благодарностей, – слегка смутился он и сел за стол напротив Лены.

Пытаясь сохранить спокойное лицо, она глядела на него и запоминала, как он выглядит, запоминала с такой же жадностью, с которой припадает к воде скитавшийся по пустыне путник. Девушка не могла припомнить, чтобы хоть раз прежде встречались ей люди с такой гармоничной внешностью без каких-либо видимых изъянов.

Илья Алексеевич выглядел молодо, но Лена догадывалась, что, скорее всего, ему за тридцать – по взгляду, речи, движениям. Он был строен, крепок сложением, высок, одет в просторную одежду и слегка небрежен. Чем-то неуловимым он напоминал Лене викинга – помытого, побритого и по-человечески одетого молодого викинга. Черты лица наводили на мысль о том, что в мужчине течет скандинавская кровь. Черные волосы были густыми, жесткими и давно не стриженными. Откинутые назад, они открывали высокий и ровный лоб.

Родственники мило болтали о чем-то, игнорируя пристальный взгляд Лены. С каждой минутой Илья Алексеевич нравился ей все больше, чем с первого взгляда. Седой волос на виске, морщинка на лбу, добрый прищур глаз, родинка на щеке, длинные тонкие пальцы, обхватившие кружку… От этих мелочей невозможно было отвести глаз, и Лена даже не пыталась. Она была совершенно очарована. Ей хотелось никогда не уходить из этого дома.

Вспомнив о кружке чая, Лена решила сделать пару глотков, чтобы не выглядеть глупо.

— Что это Вы, Лунь, все молчите? – приветливо улыбался Илья Алексеевич.

Несмотря на отчаянные попытки, Лене не удалось скрыть смущения.

— Я… извините. Мне неловко, что все так… Спасибо Вам за заботу, – выговорила она и подняла глаза, как забитое животное.

Мужчина смотрел открыто и тепло, с ним хотелось говорить, ему хотелось верить. «Как же он добр! – подумалось Лене, – весь сияет изнутри».

— Ну что Вы, Лунь, как я могу отказать вам в такой ситуации? Хорошо, что я оказался дома.

«Какие у Вас идеальные пальцы!» – чуть не выпалила взволнованная Лена, но вовремя накрыла рот кружкой.

— Правда ведь, ей подходит, да? – зачастила Полина. – Какая же она Лена? Это скучно. Лунь – вот ее настоящее имя. Это, кстати, я придумала.

— Лунь, – повторил Илья, пробуя слово на вкус. – Да, забавно.

Лене показалось, что у нее резко поднялась температура. Она убедила себя, что виноват чай.

— Это действительно удачное стечение обстоятельств, что мы застали тебя дома!