Книга Лунь, страница 65 – Марьяна Куприянова

— Ну вот, и снова время пролетело, словно миг…

— Да. Как и каждый раз. Мне с Вами безумно интересно.

— Взаимно. Не хочется расставаться.

— Придется, Лунь. Но, прошу Вас, не расстраивайтесь. Мы с Вами не последний день живем. Я Вас хорошо понимаю. Помните: завтра будет день, завтра будет встреча и новые обсуждения. Мы обязательно поговорим с Вами о средневековом эпосе, Вы знаете, когда я читал «Беовульфа» впервые… впрочем, завтра!

— Ох, Илья Алексеевич, – вздохнула Лена с сожалением, – мне так неудобно говорить это. На счет завтра…

— Что, Лунь? Вы не сможете?

— Завтра никак…

— У Вас что-то случилось? Говорите, как есть. Может, я могу помочь чем-нибудь?

— Видите ли… даже не знаю, с чего начать. В институте есть один молодой человек, и он… предложил мне увидеться. Я подумала – чем черт не шутит? – и дала согласие. На самом деле он давно добивался моего внимания, и вот… решила дать ему шанс.

Лена виновато улыбнулась и робко пожала плечами, пристально наблюдая за каждым мускулом на лице собеседника. Но там ничего не дрогнуло.

— Лунь, ведь это так замечательно! – обрадовался мужчина с детской искренностью. – Как его зовут? Расскажите о нем больше! Как Вы с ним познакомились? Надеюсь, он достоин Вас. Ведь Вы такая необыкновенная! Я желаю Вам только самого лучшего в этом плане!..

«Неужели он не догадывается, что лучшее для меня – лишь он сам?» – обреченно подумала Лена. Ей пришлось доигрывать роль до конца, рассказывая придуманную историю и всеми силами скрывая катастрофу внутри себя. Илья Алексеевич не выказал даже дружеской ревности, не то, что мужской! Ведь она проведет время с другим, когда могла бы провести его с Вилиным. Наоборот, он был рад за нее и готов помочь советом, выслушать.

Такая реакция означала только одно: Лена неинтересна ему как девушка. Она просто не в его вкусе, и ничего с этим не поделаешь – как ни одевайся, как ни веди себя, а этого факта не исправить. Вилин рад, что у Лены, наконец, появится молодой человек, даже учитывая то, что это повредит их встречам. Что может быть красноречивее? Что может еще грубее поставить на место размечтавшуюся влюбленную дурнушку?..

Да, Илья Алексеевич умен, добр, талантлив и привлекателен, и, что самое главное, привязан к Лене, но вот в чем вся трагедия – он смотрит на Лунь и в упор не видит в ней представительницу противоположного пола. Он видит бесполое существо, настолько близкое ему по духу, что это сходство кажется магией, сном, чем угодно, но не реальностью.

Большей обиды Лена еще не испытывала. Она-то видела в Илье в первую очередь спутника жизни, надежного мужчину, плечо, на которое можно будет опереться… Илья был идеалом для нее, воплощением всего лучшего в человеке, в мужчине, она любила его любовью-восхищением, но… она не привлекала его, хотя, без сомнений, была далеко не дурнушка, и внешность ее можно было назвать «породистой».

«Ему нравится только моя душа, – думала Лена. – Это тот тип людей, которым совершенно не важна внешность. И в моем случае это плохо».

Да, Вилин не вызывал в ней интимного влечения, просто не мог вызывать, пока вел себя так, словно он ей отец, но все же Лена видела в нем в первую очередь мужчину, небезразличного ей. В этом их мироощущения расходились в противоположные стороны.