Книга Багровая связь, страница 41 – Марьяна Куприянова

Одни сплошные вопросы. Мы знаем, что не получим ответа, и все равно задаем их в пустоту. Никто не спустится с неба и не разверзнет землю, чтобы раскрыть нам тайны бытия.

Что такое искусство и в чем его цель? Для чего оно дано людям? Чем человек-творец отличается от человека-ремесленника? Есть ли это отличие? Или мы выдумываем его себе? Равны ли люди искусства остальным людям? Количественно – точно нет. А качественно?

Это можно назвать зазнайством, эгоцентризмом, напыщенностью. Но мне кажется, творцы образуют какую-то отдельную малочисленную расу. Те же люди в физическом и биохимическом смысле, но иные в плане психики, мировоззрения, духа. Живя среди других, они изолированы. Большую часть своей жизни они чувствуют себя так, словно не принадлежат этому миру. Словно они – странники из далеких миров, попавшие сюда случайно.

Творцу подвластно многое, чего не может пережить человек, далекий от искусства. Творец всегда ощущает свою непохожесть, потому что никто вокруг его не понимает. Творец переживает моменты вдохновения, описать и объяснить которые не умеет. Творец видит прекрасное в самых обыкновенных вещах. Он получает эстетическое удовольствие от преломления луча солнца в крошечной капле воды, от улыбки незнакомого ребенка на новом велосипеде, от запаха свежескошенной травы, от радужных разводов бензина на поверхности лужи… Творец видит этот мир во всей его полноте, в то же время не упуская ни мельчайшей детали. Многие мелочи, что остаются незамеченными для остальных, дарят творцу гармонию и силы.

Правда, жизнь творца не так уж безгранично прекрасна, как может показаться. Временами излишняя чувствительность приносит страдания. Но будь он чуть более груб, он никогда бы не ощущал высокие материи и тончайшие связи, соединяющие все в нашем мире. Не будь он так впечатлителен, вдохновение никогда бы не посетило его. Поэтому творца так легко ранить и задеть неосторожным словом. Он ощущает все в тысячу раз острее, чем остальные.

Помимо этого, довольно часто творец подвергается нападкам по поводу его психического состояния, которое, как полагают окружающие, не в полном порядке. Творец может уйти в себя слишком глубоко для обычного человека, и кто-то подумает, что он не в своем уме. Да! именно! Так оно и есть. Творец, в отличие от остальных, имеет еще один мир, где он может спрятаться. Вымышленный мир, настолько же реальный, что и этот. Живое воображение. Там нет ничего, кроме силы мысли, способной создать, оживить и преобразить что угодно.

Пожалуй, писатели (как и те, кто себя таковыми считает, вроде меня) – самые сильные и самые странные из творцов. Чтобы творить, писателю не нужен никакой материал, кроме того, что дан ему от рождения – мозг. Мозг рождает мысль, мысль рождает воображение, воображение рождает образ. Так мозг творца проецирует в мир идеи, материализуя их. Сила воображения писателя, без преувеличений, способна на всё. Ни в одном из миров нет ничего, что неподвластно мысли писателя. В некотором роде они всемогущи. Залог их могущества – идеальная мысль и материальное слово как неделимое единство. Как бы наивно или заезжено это ни звучало.

Писатель творит текст как новый мир, который он населяет по своему усмотрению. Извлечь целый мир из собственной головы – разве это не могущество? Это самое удивительное, что происходит в искусстве. И я – крупинка этого процесса. Разве не восхитительно? Может, у меня и нет особого таланта, может, я просто графоман. Но я способна, как любой писатель, чувствовать единение с миром, восторгаться чем-то очень незначительным, оживлять выдуманных людей, создавать новые миры, используя лишь чернила и алфавит родного языка. И никому не отнять у меня этих возможностей и этих чувств, что я переживаю параллельно процессу творчества. Я счастлива уже от того, что обладаю всем этим. Осознавая свою роль, я заново постигаю мир».