Книга Простивший не знает правды, страница 115 – Женя Шуменко

— Ты уверен в том, что это был Немец? Подумай хорошо, – не моргая смотрел ему в глаза Теплицкий, пытаясь выудить иную информацию. – Послушай, сдай мне реального заказчика, и я сделаю все, чтобы ты получил минимум за исполнение.

— Это как? С судьей договоришься? – хмыкнул Коротышка.

— И с прокурором тоже, – холодно отозвался Теплицкий.

— Нечего мне тебе больше сказать, начальник. Немец заказал убийство Вора, – стоял киллер на своем.

И Теплицкий, вздохнув, записал его показания в бланк допроса.

Вернувшись в гостиницу, дочери он не обнаружил. Вместо нее на кровати лежала записка, написанная крупным почерком:

«Папочка, я улетела в Испанию. Как доберусь, я обязательно тебе позвоню. Я должна его увидеть. Он ведь там совсем один. Я люблю его. Не скучай! Лили».

Теплицкий смял записку в руке и кинул в мусорку. Поступок безбашенной Лили его совсем не удивил.

«Курва, вся в мать», – подумал он и вышел из номера, чтобы, как и планировал, прогуляться на главной площади, пускай и один.

Лили этим вечером встречал в аэропорту Калина. Увидев его, она повисла на его шее и поцеловала в лысую голову.

— Сумасшедшая малышка! – оторвал он ее от себя и поставил на пол. – Я сначала даже думал, что ты пошутила, когда сообщила о своем прилете. Так внезапно!

— Сама не думала, что так получится. Здесь где-нибудь телефон рядом есть? Мне надо позвонить отцу, сказать, что долетела.

— Можешь позвонить из дома, когда мы доберемся.

— Ты купил себе дом?

— Нет, взял в аренду. Там есть бассейн, тебе понравится.

Лили радостно захлопала в ладоши.

— Послушай, детка, – взял он ее за подбородок, – а не пора ли тебе познакомить нас с твоим папочкой?

— Сейчас не лучшее время, он, наверное, зол. Ведь я свалила, не предупредив, – чмокнула она его в губы и расплылась в улыбке.

— Я с ним сам поговорю.

— О чем?

— О тебе и, возможно, о других делах. Твой отец мент со связями, мы можем быть друг другу интересны.

— Как хочешь, мой зайчонок, – снова повисла она на нем. – Поехали скорее уже домой. Я так соскучилась! – Смотрела она на него, как и прежде, с вожделением. И Калина, шлепнув ее по попке, подтолкнул в сторону выхода из аэропорта.

* * *

Группа захвата ворвалась в квартиру Немца рано утром. Увидев в своей комнате вооруженных людей в камуфляже, он сначала подумал, что это грабители. Но затем на него надели наручники и стали бить. Тогда он понял – это не ограбление, это задержание. В итоге его скрутили и повезли в центральное отделение милиции, где закрыли в маленькой душной камере, в которой не было окон и тускло светила лампочка.

Он стучал по железной двери, требуя звонок адвокату, на что один из оперов, проходящих по коридору, крикнул:

— Вот следователь придет, с ним и договаривайся об адвокате. Долбить перестань, иначе я открою дверь и отобью тебе все пальцы!

Он просидел в камере до самого вечера, пытаясь понять, за что его задержали. Ближе к девяти его повели на допрос в кабинет Теплицкого.

— Почему задержан? – спросил он, когда с него сняли наручники.

— Гражданин Штерн, вы обвиняетесь в заказном убийстве Шарифа Вараева.

— Чего?! – вытаращил на него глаза Немец. – Теплицкий, ты с дерева рухнул и башкой об асфальт неудачно ударился?

— Немец… Как у вас там говорят: за базаром следи! Я бы на твоем месте прежде, чем что-то говорить, думал! – Постучал следователь указательным пальцем по голове.