Книга Темные души, страница 2 – Ана Рома

— Тогда остановимся на том, что ты прекращаешь работу, как только забеременеешь, – в его глазах читалась надежда.

— Это лишь означает, что девять месяцев я смогу работать из дома.

Придвинувшись ближе к нему, оставляю короткий поцелуй. Непослушная Витэлия, ему нравилось бороться со мной, зная, что в конце проиграет.

Уже выходя из машины, он поймал меня за руку, впиваясь в мои губы, заставляя пожалеть о своих словах. Этот сладкий поцелуй и его крепкая рука на моем затылке стремительно организовали мое возбуждение, но мне нужно было идти.

Издавая стон сопротивления своим желаниям, отстраняясь от его губ.

— Мне нужно идти.

— Пару часов. Продержись без меня, всего пару часов, – хитрый оскал вынудил меня закатить глаза.

— До вечера, синьор Ринальди, – погладив по щеке, делая тон в голосе сексуальнее.

— Буду ждать, синьора Ринальди, – оставляя легкий поцелуй на моей щеке, отпуская меня.

Следующие полтора часа склоняя голову над кипой бумаг, просматривая графики. Глаза щипало от мелкого шрифта, но меня радовало, что большую часть удалось подписать и заверить печатью.

Розабелла отправила мне сообщение о том, чтобы мы хорошо провели вечер и не торопились домой, добавляя множество смайликов в конце. Поблагодарив кузину, снова склоняясь над бумагами.

Дверь резко отворилась, от чего я вздрогнула, поднимая недовольный взгляд на дверь, который тут же смягчился, увидев Теодоро и заплаканную Эйми. Ребенок уверенно шел ко мне с плюшевым зайцем в руках.

— Милая, что случилось? – вопросительно взглянув на кузена, обнимаю дочь.

— Мама. Печенье.

Мгновенно получив пощёчину за данное слово ребенку, о котором благополучно позабыла. Вот о чем говорил Кристиано: мне все еще стоит пересмотреть свои взгляды и заключить с собой сделку. Пока что мой статус «хорошая мать» в очередной раз провален.

Эйми пошла в садик всего несколько месяцев назад, что дало нам больше свободного времени. Несколько раз в неделю мы пропускали детский сад, посещая культурные места всей семьей. Для Эйми было нехарактерным капризничать, так она делала, когда действительно была расстроена.

— Как я могла забыть, звездочка?! – вытираю ее слезы с надутых щек. – Я попросила дядю Тео забрать тебя, потому что не успевала.

— Тетя. Играть дома, – она указала на Теодоро, который сидел на диване, улыбаясь мне.

— Дядя ошибся, но ты правильно поступила, приехав ко мне. Видишь, мы сейчас поедем домой готовить печенье, – возвращая ее внимание к себе, спасая кузена. – Давай позвоним папе, может, он захочет присоединиться к нам?

Лицо девочки засияло, она подпрыгнула, ожидая ответа Кристиано в трубке.

— Папа, печенье. Хочешь?

У нее прекрасно получалось говорить, составляя предложения, но некоторые слова выговаривались с трудом, делая ее речь еще более милой.

Кристиано что-то ответил, и ее глаза засияли детским счастьем.

— Хорошо, – отдавая мне телефон.

— Свидание отменяется. Я забыла про печень, – предупреждаю мужа, отключая звонок.

Оставляя наш романтический вечер позади, направляясь в сторону дома, купив все необходимые ингредиенты для имбирного печенья. Теодоро включил радио, подпевая популярные песни, и Эйми помогала, дергая ногами, сидя в детском кресле.

Кристиано продал нашу квартиру. Сколько бы я ни пыталась смириться, жить с Эйми, где была убита ее бабушка, было слишком жестоко. Однажды я обязательно расскажу ей об Эмме, но позже. Дом Ясмины и Алдо полностью располагал, чтобы мы все жили одной большой семьей. Наши старшие были только рады, собираясь вечером за большим столом.