Книга Первый брак комом?, страница 24 – Екатерина Серебрякова

Баба Нина поставила на стол пару детских пинеток из серых пушистых ниток. Честно говоря, я даже дар речи потеряла. Уж очень неожиданно это было.

— Нам, конечно, пока рано, но спасибо большое.

Мы с Юрой переглянулись, улыбнулись и тяжело вздохнули.

После чая нам дали двух собак на длинных поводках и сказали погулять где-нибудь в округе. Юра уже знал местность, так что я полагалась на него и своего шустрого поводыря, который скакал по всем сугробам.

— Это всë, конечно, очень мило, но неловко… Зачем ты сказал им, что мы женаты?

— Так это же правда, – делая вид, что не понимает, о чем речь, ответил Юра.

— Правда-то правда. Но детские пинетки нам для чего? – мужчина пожал плечами.

— А ты не хочешь детей?

Я от такой формулировки аж закашлялась, потому что смеяться на холоде оказалось не лучшей затеей.

— Я… Нет, я хочу детей, конечно. Я их люблю, умею работать с ними. Но не сейчас ведь и не от тебя!

— Никто и не говорит, что прямо сейчас, – пропуская часть фразы мимо ушей, ответил Юра.

К тому моменту мы дошли до какой-то большой расчищенной поляны с виднеющимися следами колёс.

Собак Юра отпустил с привязи, и они с радостным лаем помчались друг за другом, поднимая вверх облака пушистого снега.

— Прихожу сюда каждый год, тут красиво. Идëм, покажу.

По накатанной колее я пошла следом за мужчиной куда-то к краю виднеющейся поляны.

Юра остановился, приобнимая меня за талию, чтобы я не ушла дальше.

Оказывается, мы стояли на каком-то отвесном холме. Отсюда открывался невероятный вид на лесной массив под ногами и десятки малюсеньких деревень, разбросанных по местности.

Сады и посёлки сейчас были размером со спичечный коробок. Казалось, между ними рукой подать.

Вдоль заснеженной дороги с редкими машинами то тут, то там стояли избушки с топящимися печами. На горизонте виднелись коттеджные посëлки, украшенные гирляндами и нарядными новогодними ёлками.

— Так красиво… Как на смотровой площадке.

— Мне тоже здесь нравится. Обычно я приходил сюда с собаками и стоял в одиночестве, пока они носились тут как ужаленные и бесились друг с другом. Теперь и мне есть, с кем провести время.

— Мне приятно, что ты показал мне это место, – честно сказала я, поднимая взгляд на мужчину.

Юра стоял напротив и обнимал меня за талию. Его взгляд прожигал и сверлил насквозь. Даже в морозный день щеки вдруг загорелись, и изнутри стало тепло.

— Я готов показать тебе ещё хоть сотню мест. И готов открыться сам, если ты этого захочешь, – в тот момент я не смогла подобрать нужных слов и только поджала губы. – Я тебе совсем не нравлюсь?

— Ты не можешь не нравиться, – рассмеялась я. – Ты добрый, умный, смешной, заботливый. И меня правда к тебе тянет. Но, наверное, я просто боюсь… Сама не знаю, чего.

К глазам почему-то подступили слëзы, а в горле встал комок. Я ощутила, как от влажности тяжелеют ресницы, и начала часто моргать, чтобы не расплакаться.

Юра был в нескольких сантиметрах от моего лица. Он согревал горячим дыханием и дарит ощущение спокойствия одним лишь своим присутствием.

Тёплыми подушечками больших пальцев он стёр слезы и прошептал мне:

— Не бойся.

А я будто бы только этого и ждала. Мне хватило одного единственного слова этого мужчины, чтобы поверить ему. Поверить в то, что он не обманет и не сделает мне больно.