Книга Кинки, страница 2 – Лина Ласс

И сейчас, сидя перед монитором, я не могла собрать мысли в кучу, чтобы скомпоновать всё наработанное в один текст. Секунда шла за секундой, минута за минутой, а в голове гулял ветер.

«Лидааа», - стонала я про себя, - «Лида, соберись. Давай, девочка, хоть одно слово напечатай, а там пойдёт-поедет, буква за буквой, строка за строкой…»

Но пальцы неподвижно лежали на клавиатуре, а взгляд гипнотизировал курсор, будто от этого текст сложится сам собой.

Из ступора меня вывел щёлкнувший звук внутреннего чата.

Введенский Кирилл:

«Лида, жду у себя в 12:00»

Как обычно сухо и безэмоцианально, строго по делу. Начальник есть начальник. Но это сообщение будто стало выстрелом стартового пистолета для меня и, уже видя перед собой выговор или, что ещё хуже, угрозу увольнения, я как сумасшедшая стала строчить по клавишам. Два с половиной часа… Что ж, попытаюсь выжать из них всё, на что только способна.

Даша подходила пару раз пригласить на кухню выпить кофе, но я только качала головой, приговаривая «Дедлайн», «Сроки».

В глазах стало сухо. Кажется, пока сидела за монитором, разучилась моргать. Зажмурившись, потёрла переносицу, ощущая острую потребность в кофе и решила наконец-таки сделать перерыв, но, вернувшись со стаканом капучино к своему месту, замерла как заяц в свете фар.

У моего кресла стоял Кирилл Андреевич, уперев руки в бока и строго глядя на меня.

— Лида, четверть первого. Где тебя носит? – громогласно разнеслось по залу. Головы остальных подчинённых тут же обернулись в мою сторону. Я даже сглотнула от такого холодного тона начальника, и судя по всему, он не предвещал мне ничего хорошего.

Босс развернулся и быстрым шагом прошёл в свой кабинет. Дашка со своего места подняла вверх кулак и проводила меня взглядом. Я бросилась к своему столу, кинула в печать то, что успела настрочить и быстро допив кофе, схватила листы. Но перед дверью начальника внезапно потеряла всю уверенность, которая во мне ещё тлела и тихо постучала, надеясь, что никто не услышит и вообще забудет про моё существование. Но громкое «Войдите!» не оставило мне шансов.

Введенский сидел за столом, просматривая на мониторе фото для гастрономической рубрики, и не сразу обратил внимание на застрявшую в дверях меня.

Кирилл Андреевич одним взглядом тёмных глаз мог приковать подчинённых к месту и испытывать благоговение и трепет, но мне сейчас даже этого не требовалось - такие искры шли от него.

— Неважно выглядишь, Лида, - он повернулся ко мне и указал на стул напротив.

Я, собрав всё своё мужество, прошла на место и протянула ему статью, ну… или то, чем она сейчас являлась.

— Перчинка есть? – Введенский бросил быстрый взгляд на бумаги, даже не удостоившись пролистать их.

— Что? – не поняла я.

— Ну, все эти иммерсивные шоу и ужины в полной темноте, конечно, интересно. Но нам нужно… что-то острое. Закрытые вечеринки для священнослужителей, страйкбол по голым бабам в лесах…

Я подняла брови в надежде, что мой начальник пошутил. Сейчас рассмеётся и скажет, чтобы я не принимала это на веру, но лицо его оставалось серьёзным, а взгляд пронзающим самую душу. Молчание затягивалось, и я слегка подалась вперёд.

— Голым… бабам?

Кивок.

— В лесу?

Снова кивок.

— Где вы такое слышали, Кирилл Андреевич? – неуверенно спросила я.