Книга В договор не входит, страница 142 – Лина Ласс

… ведь в его словах был смысл.

А если представить себе на секунду, что Бонье прав? Что, если чувства есть только с моей стороны? Марк сказал, утром Максим был мрачнее тучи, а это вовсе не похоже на поведение влюблённого. Тогда что означали его ласки? И почему утром он не остался со мной в постели, если я что-то задела в его душе?

Это противоречие сводило с ума. Мысли роились в голове, наполняя её новыми страхами и тревогами. Все светлые надежды, которыми я была наполнена ещё вчера, рассыпались в прах, оставляя после себя горький вкус тлена.

Голос Марка вернул меня к реальности.

— На вашем месте я был бы теперь более сдержанным в эмоциях. Как никак вы теперь подающая надежды звёздочка мирового журнала. А это значит, что за вами будут следить, пристально и неустанно.

Я с непониманием нахмурилась.

— О чём вы?

— О папарацци. Привыкайте. На вашем лице нарисован весь спектр гнева, что вовсе вас не красит. Гром в раю, полагаю?

— Бросьте ваши намёки, Марк, – я вздёрнула подбородок. – Всего лишь недопонимание.

— Вроде этого? – он поддел прядь моих волос, закрывающую засос на шее, но я отдёрнулась как от огня.

— Это не его дело. И не ваше, если на то пошло.

— Вы не прислушались к моим советам?

— Я услышала вас! – с раздражением бросила ему в лицо.

— Но не желаете принять.

Марк остановил меня, заглянув в лицо. Я ожидала порицания, но голубые глаза источали сочувствие, словно внушающие свою мысль маленькой неразумной девочке.

— Случилось то, чего я боялся, не так ли? Ваше сердце бесповоротно выбрало путь обречённости.

Меня охватила дрожь. Разоблачена, будто это что-то постыдное. Будто любовь может быть преступлением или даже угрозой. Но ведь однажды она или то, что за неё выдавалось, чуть не послужило причиной настоящей трагедии.

— Я не похожа на… на Изабель.

— Конечно нет, дорогая, – Марк покачал головой. – Это что-то настоящее.

— Если он узнает…

— Он не поступит с вами так, как с Изабель, но… – Марк тяжело вздохнул, – не уверен, что он сможет ответить вам тем же. Я не раз был свидетелем симпатии к нему со стороны, но все попытки были пресечены им самим. Кто-то из девушек не бросал этих попыток, а кто-то оставлял его в покое. Но господин Эккерт… Иногда мне вовсе кажется, что он создан из камня.

— Его таким сделали, – прошептала я ослабевшим голосом.

— У меня сердце разрывается при одном только взгляде на вас. Будь на вашем месте кто другой, я бы знал, чем можно привести вас в чувство – новыми туфлями или побрякушками. Но вы…

Он с теплом погладил меня по плечу. Невероятно, как Виардо мог одним прикосновением или словом если не успокоить, то немного унять тревогу.

— Вы ведь никаких планов не строили на сегодняшний вечер? – Марк заглянул в телефон, быстро прочтя сообщение. – Отлично, тогда давайте по пути в отель заскочим в одно местечко.

Я даже не спросила, куда мы едем, лишь позволила управлять собой. Гораздо больше меня сейчас волновало то, что сказал Марк. Его слова исполосовали и без того готовое разбиться сердце и легли на плечи, пригибая меня к земле. Я в молчаливой апатии старалась не показать то, насколько больно было это слышать.

"Не уверен, что сможет ответить тем же…"

"Все попытки были пресечены им самим…"

"Мне кажется, что он создан из камня…"

Разве со мной он ведёт себя так же, как и с другими? То, каким был этой ночью Максим, не могло быть просто притворством или безразличием. Он целовал меня, чёрт бы его побрал! И это были самые жаркие, самые волнующие поцелуи. Настоящие. И они были только мои.