Книга В договор не входит, страница 77 – Лина Ласс

Стараясь не шуметь, я проскользнула обратно в спальню и дальше в ванную комнату, отделанную мрамором песочного цвета. Включила в стеклянной кабинке душ и, скинув платье и бельё прямо на пол, ступила под горячую воду. Обжигающие струи уносили прочь всю тяжесть, но и без того в груди постепенно расплывалась умиротворённость. Возможно, за многие недели сейчас мне стало как никогда легко и спокойно. Гель для душа, превращаясь в ароматную пену, обволакивал и придавал бодрость. Я бы могла простоять под водой несколько часов, поглощённая только в себя, и наслаждаться целительной силой воды, если бы не почувствовала на себе взгляд. Мне даже не надо было оборачиваться, чтобы знать, кому этот взгляд принадлежит.

Я смахнула с лица воду, осматривая прислонившегося к стене Максима. Он был недвижим, словно статуя, и лишь тяжело вздымавшаяся грудь выдавала его волнение. Взгляд медленно поднимался от моих ног, скользя по бёдрам, животу, груди и наконец встретился с моими глазами. Это было словно выстрел, пробивший тело насквозь. Желание отдалось в утробе и сосредоточилось в чувственном месте между ног, где уже разгорался огонь.

Он ждал знака. Если я откажу, Эккерт беспрекословно выйдет вон, но вместо этого я подалась вперёд и отворила запотевшую от пара дверцу, приглашая его внутрь. Без лишних слов он стянул рубашку и избавился от джинсов.

Я задержала дыхание, увидев его обнажённым. Первое, что бросилось в глаза – то, насколько он хорошо сложён. Широкие плечи, крепкие мышцы груди, пресс и косые мышцы живота, ведущие к напрягшемуся от возбуждения члену. Поджарая стройная фигура без единого грамма жира, потемневшая от солнца кожа и небольшая поросль волос. Пять неровных шрамов лентой пересекали грудь и живот, бледными пятнами выделяясь на загорелой коже. Судя по тому, как он стал сутулиться и опустил взгляд, он не привык быть объектом столь пристального внимания. Его смущение только усилило моё нетерпение.

— Можно? – я подняла руку, боясь получить отказ. Его молчание сочла позволением и аккуратно прикоснулась к одному из шрамов на животе. Он вздрогнул, но не отстранился, только напряг мышцы живота. Там, где пуля пронзила его тело, кожа была гладкой, но бугристой. И как только моя рука опустилась ниже, проводя невидимую линию, Максим перехватил ладонь, сжав до боли в своих пальцах, и припечатал меня к стене. Его кожа тут же покрылась стекающей из душа водой. Твёрдый и пульсирующий член упёрся в живот. Эккерт носом уткнулся мне в шею, обжигая дыханием, и слегка повёл бёрдами. Я всем телом прильнула к нему, отвечая на его движения.

Он чуть приподнял мою ногу и без всяких прелюдий проник в меня. Несмотря на желание, смазки было недостаточно, и он с трудом входил. Я закусила губу, не давая стону вырваться. Было не особо приятно, но мне так хотелось ощутить его в себе, что я позволяла ему причинять мне боль. Чувствуя моё сопротивление, Эккерт погружался постепенно, неспеша, раз за разом проникая глубже. С каждым толчком он входил мягче, скользил легче и только когда почувствовал, что сопротивления больше нет, ускорил темп. Мы были лицом к лицу, но он не смотрел на меня. Наоборот, пытаясь поймать его взгляд, я видела, как он старается отвернуться или вовсе закрыть глаза. А мне так хотелось увидеть в них огонь желания, смотреть, как его зрачки расширяются от похоти. Мне хотелось забыться в его глазах, если уж я не могу даже прикоснуться к нему.