Книга Развод. Больше тебя не жду, страница 100 – Анна Измайлова

— Да, Саша, правильно! Вечно ей всё мало!

— Мало?! – в груди вспыхнуло возмущение. Я сделала шаг вперёд, но не отпускала Ксюшу, прикрывая её собой, чувствуя, как она испуганно вжимается в меня. – Ты вообще понимаешь, что говоришь?

Он фыркнул, губы скривились в неприятной усмешке:

— Я тебя содержал, обува́л, кормил, всё покупал! Всё! Машину! Дом! Всё было моим! И тебе всегда было мало!

— Саша, прекрати! – я почувствовала, как дрожит мой голос, но теперь не от страха. От ярости. – Ты совсем белены объелся?! Как ты смеешь говорить такое при ребёнке?!

Повернулась к Ксюше.

— Пойдём, солнышко, нам здесь больше нечего делать.

— Вот и уходи! – крикнул он мне вслед. – С чем пришла, с тем и уходи!

Резко остановилась, обернувшись к нему.

— Нет, Саша. Я ухожу не с тем, с чем пришла. Я ухожу с нашей дочерью. Она выбрала меня. И знаешь почему? Потому что я никогда не использовала её как инструмент для манипуляций.

Саша замер. Его новая подруга вдруг смолкла, отступив на шаг.

Вздохнула, сдерживая комок в горле.

— И тебе стоит это осознать, – добавила я тише, уже развернувшись к двери.

Мы с Ксюшей вышли на улицу. Снежинки падали мягко, кружились вокруг нас, и я наконец почувствовала, как из груди уходит этот камень, что давил весь процесс.

Теперь всё.

Я сделала это.

Вечер выдался хмурым. Тяжёлые серые облака нависали над городом, снег тихо кружился за окнами. Я держала руль крепче, чем обычно, стараясь сосредоточиться на дороге, но мысли упрямо возвращались в зал суда.

Рядом, в детском кресле, Ксюша молча смотрела в окно. Я слышала её дыхание, тихое, ровное, но чувствовала, что она расстроена.

Когда мы подъехали к новому дому, я с трудом справилась с замком на подъезде – пальцы дрожали. Третий этаж. Новый уютный подъезд, ещё пахнущий свежим ремонтом.

— Ну вот, солнышко, наш новый дом, – попыталась я выдавить улыбку, отворяя дверь в квартиру.

Ксюша не ответила. Она медленно прошла внутрь, осматриваясь.

В квартире всё ещё чувствовалась необжитость: мебель стояла не вся, коробки были не до конца разобраны, а по углам торчали пакеты с вещами.

— Смотри, ванная, – я специально провела её туда первой. – Здесь больше места, чем было у нас в старой квартире. Смотри, какой большой шкафчик! Сюда можно будет твои игрушки для купания сложить.

Она кивнула, но без энтузиазма.

Я снова попыталась разрядить атмосферу:

— А вон там кухня! Почти готовая, правда? Скоро мы всё закончим.

Но Ксюша просто села на пол у стены, обхватила коленки руками.

— Мам, я кушать не хочу, – вдруг тихо сказала она, опустив голову.

Я опустилась перед ней на колени, приподняла её личико пальцами.

— Что случилось, солнышко? Ты ведь с утра почти ничего не ела.

— Мне грустно, – ответила она, едва слышно, а потом добавила ещё тише, – Папа меня не любит.

Мне будто ножом резанули по сердцу.

Я сглотнула, пытаясь подобрать слова.

— Ксюшенька, папа тебя любит… Просто… просто у него сейчас сложный период, и он сам немного запутался.

Она качнула головой, губки дрожали, а в уголках глаз собрались слёзки.

— Он даже со мной не говорил, мама…

В этот момент мне показалось, что у меня не осталось слов, способных её утешить.

И вдруг я вспомнила.

— Подожди-ка, – я быстро поднялась, подошла к одной из коробок, открыла её, достала ту самую коробку, которую передал Михаил.