Книга Развод. Больше тебя не жду, страница 31 – Анна Измайлова

Я решила поехать к маме, взяв с собой Ксюшу. Просто посидеть, попить чаю, отвлечься от мыслей, которые не давали мне покоя. Мне нужно было хотя бы немного спокойствия, и я надеялась, что разговор с мамой поможет мне разобраться в том, что делать дальше. Когда мы приехали, Ксюша сразу побежала играть с игрушками, а мы с мамой уселись на кухне за стол.

Она, как всегда, задала свой обычный вопрос, который я слышала каждый раз при встрече:

— Ну, как там у вас с Сашей? Как семейная жизнь?

Я вздохнула, чувствуя, как в горле сжимается от волнения, не хотела вдаваться в подробности, но слова сами вырвались наружу. Коротко рассказала о том, что происходит: о ссорах, о холоде между нами, о том, что уже не осталось чувств, и что я всерьёз думаю о разводе. Казалось, что сказать это было важным шагом, но то, как мама отреагировала, оставило меня в ещё большем смятении.

— Развестись? – переспросила она, с удивлением подняв брови. – Алёна, ты что, с ума сошла?

Я замерла, не ожидая такой реакции. Вместо сочувствия и понимания, которое мне так нужно было услышать, мама начала свою привычную лекцию:

— Все мужчины такие. Все женщины терпят. Мы всегда всё на своём горбу несли, и ты тоже должна. Это же семья. Думаешь, в жизни бывает иначе? Ты что, насмотрелась своих сериалов? Где невероятная любовь, надежный мужчина? – в её голосе прозвучало раздражение, словно я говорила что-то невероятно наивное. – Это всё выдумки, сказки. Реальная жизнь другая. Мужчины всегда были безучастные и холодные, так что смирись. Так живут все. Мы всегда терпели, и ты потерпишь.

С каждым её словом внутри меня что-то надламывалось. Вместо того чтобы поддержать меня или хотя бы попытаться понять, она словно обрушила на меня свои ожидания и представления о том, как должна выглядеть семейная жизнь. Для неё терпеть и страдать было нормой, а я, по её мнению, просто капризничала и не понимала, что жизнь – это не сказка.

Я сидела молча, сжимая в руках кружку чая, чувствуя, как моё сердце становилось всё тяжелее. Мне казалось, что я увязла в этом болоте не только с Сашей, но и с этими старыми, тяжёлыми убеждениями, которые передавались от матери к дочери. Моя мама видела в браке не радость, не любовь, а тяжёлую работу, которую женщины должны нести на себе до конца.

Тщетно пыталась сдержать себя, но внезапно внутри всё рухнуло. Я больше не могла держать эту боль в себе. Вздохнув, почувствовала, как слёзы начали подступать к глазам.

— Мама, мне плохо, – произнесла я, голос дрожал, а горло сжималось от боли. – У меня появились панические атаки, не помню, когда в последний раз хорошо спала. Мне просто невыносимо…

Слёзы потекли по щекам, и я больше не могла остановиться. Я плакала прямо за кухонным столом, чувствуя себя опустошённой и надеялась, что мама хоть в этот момент поймёт, насколько мне тяжело.

Но вместо понимания я услышала её резкий голос:

— Если бы хотела хорошо спать, не выходила бы замуж.

Её слова резанули по сердцу. Я подняла на неё глаза, не веря, что она может так легко отмахнуться от моей боли. Казалось, что всё, что я сказала о своих страданиях, просто не имеет для неё значения. Она считала это чем-то обыденным, неизбежным.

Собрав остатки сил, я заставила себя прекратить плакать. Моё сердце всё ещё сжималось от боли, но я вытерла слёзы салфеткой, глубоко вздохнула и посмотрела на маму. Мне было трудно сказать эти слова, но они всё равно сорвались с губ.