Книга Развод. Больше тебя не жду, страница 90 – Анна Измайлова

Михаил вдруг тихо рассмеялся, ещё ближе наклонившись к моему уху.

— Думаю, ты уже достаточно её "вытирала", – прошептал он так, что у меня по спине пробежали мурашки.

И если он не поцелует меня через секунду…

То, кажется, я поцелую его первая.

Его рука на моей талии сжалась чуть крепче. Горячая ладонь, уверенная, но не давящая, просто… удерживающая меня в этом невероятно тесном пространстве, где воздух был раскален, а сердца стучали в унисон.

— Алёна, – его голос прозвучал хрипло, почти срываясь.

Я успела только приоткрыть губы, вдохнув этот обжигающий воздух, прежде чем он вдруг наклонился ещё ближе, резко и властно, и его губы накрыли мои.

Поцелуй был глубоким, сильным.

Мягкие, горячие губы, вкус кофе с лёгкой горечью и что-то ещё, более дикое, завораживающее.

Застонала, совершенно потерявшись в этом вихре эмоций, и инстинктивно прижалась ближе, чувствуя, как его язык скользнул между моих губ, требовательно, жадно.

О, Боже.

Меня трясло.

Я чувствовала, как мои пальцы сжимаются на его плечах, а затем… сама не понимая, как, дрожащими руками начала расстёгивать пуговицы его мокрой рубашки.

Ткань липла к его коже, и я уже чувствовала под подушечками пальцев тепло его тела, напряжённые мышцы под пальцами, эту пульсирующую, зовущую близость…

Он дышал тяжело, почти срываясь, его губы продолжали целовать мои – глубже, горячее, требовательнее.

И вдруг —

Как удар молнии.

Мы. На полу. В пустой, ещё не обустроенной квартире.

Я почти срываю с него рубашку. Мой начальник.

Мой. Чёртов. Начальник.

Господи, что я делаю?

Я резко отстранилась, прерывисто дыша, сердце стучало так громко, что казалось, гремело на весь дом.

— С-стой… – выдохнула я, резко отстраняясь и почти ударяясь затылком о стену.

Его дыхание было таким же тяжёлым. Он смотрел на меня через прищуренные, затуманенные глаза, на губах всё ещё дрожала тень полуулыбки, но… что-то в нём изменилось.

— Что случилось? – его голос прозвучал хрипло, глухо.

Закрыла глаза, глубоко вдыхая, стараясь привести мысли в порядок.

— Это… это неправильно, – пробормотала я, качая головой, чувствуя, как жар медленно отступает, но тело всё ещё горит.

— Неправильно? – он выпрямился, отступив всего на сантиметр, но я всё ещё ощущала тепло его тела, словно он никуда не отдалился.

— Да, – я кивнула, обхватив себя руками, словно пытаясь удержать ту бурю, что внутри продолжала бушевать.

— Почему? – он хмуро смотрел на меня, пытаясь понять, что происходит.

— Потому что… – я стиснула зубы, чувствуя, как снова предательски дрожат губы. – Потому что я твой подчинённый, Михаил. Я работаю на тебя. Мы… мы в одном офисе, каждый день видимся, и… – Я сглотнула. – Как мы будем смотреть друг другу в глаза после… этого?

Он продолжал смотреть. Молча.

— Это… это не просто неправильное. Это… опасное.

— Опасное? – тихо переспросил он, чуть прищурившись.

Сжала руки сильнее, отводя взгляд, пытаясь справиться с дрожью.

Он вдруг осторожно протянул руку и, медленно, так, словно боялся спугнуть, коснулся пальцами моего подбородка, мягко приподняв моё лицо.

— Ты думаешь, я этого не понимаю? – его голос стал мягким, почти бархатным.

Я почувствовала, как горло сжимается, дыхание всё ещё было сбивчивым.

— Но ты права, – добавил он, отступая. – Прости.