Книга Прости меня, Вероника!, страница 139 – Евгения Султанова-Ус

Ника смотрит на меня.

— Я только помню, что мне снилась Рита. И ей было очень больно. Она плакала. И я тоже. Мне иногда снятся такие сны.

— Какие?

Ника тихонько сжимает мою ладонь своими маленькими пальчиками. Закусывает губу. Сказать боится?

— Ника.

— Сны, которые сбываются через какое-то время.

Чего?

— Вещие сны?

— Только не смейся, – просит.

Разве я смеюсь?

— Я серьёзен, ты же видишь.

Она кивает.

— Что тебе снилось раньше?

— Мне приснилось, что меня кусает собака и это случилось через месяц или около того. Потом ссора с матерью. Как-то приснилось, что Лидия и Елена ссорятся. Потом я видела сон, в котором мы с тобой расстаёмся. И это случилось, Марк. В том сне ты просил у меня прощения.

— Поэтому ты спрашивала меня о моих снах? В тот день, когда я уехал в Екатеринбург. Я говорил во сне. И ты это слышала. Ты допытывалась, почему я прошу прощения.

— Да. Мне было страшно, что мой сон сбудется. И вот теперь Рита. Она была очень несчастна, Марк. Она так плакала!

Я вижу слёзы в её зелёных глазах. Не могу сдержаться, наклоняюсь к ней и легонько целую её розовые губы. Трусь щекой о её щёку. Она вздыхает.

— Всё будет хорошо, – шепчу ей на ухо. – Кошмар кончился. Я рядом.

— Где ты был? Почему ушёл от меня?

— Я был на кухне. Решил немного поработать. Я ведь совсем забросил работу.

Она кивает. От Ники пахнет клубникой. Я придвигаюсь к ней ближе, обнимаю.

— Ты не уйдёшь больше?

— Нет, моя клубничка, – улыбаюсь. – Лягу с тобой.

— Клубничка? – смотрит на меня с еле заметной улыбкой.

— Ага, от тебя исходит клубничный аромат. Мне нравится.

Она пожимает плечами.

— Ложимся?

— Да.

Раздеваюсь. Ника накрывается одеялом. Я ложусь рядом с ней, тянусь к выключателю.

— Нет, не надо, – просит Ника. – Оставь пока.

— Ника, ты же не боишься темноты! – восклицаю.

— Не боюсь, но всё равно не выключай. Я быстро усну. Тогда выключишь.

— Хорошо.

Ника закрывает глаза. Я наблюдаю за ней. Постепенно она начинает дышать ровно. Ресницы чуть подрагивают.

Я осторожно выбираюсь из кровати. Иду вниз. Забираю с собой ноутбук, выключаю на кухне свет. Возвращаюсь в комнату. Оставляю ноут на подоконнике. Раздеваюсь и прыгаю в кровать, выключаю светильник и прижимаюсь в моей малышке.

Когда открываю глаза, то я один в кровати. В окно пробивается свет зимнего солнца. Должно быть уже часов девять. Ника встала рано сегодня. Интересно, что она делает?

Я протираю глаза и встаю с кровати. Выхожу из спальни. Слышу, что в ванне, в конце коридора льётся вода. Душ вместе? Ника же не будет против?

Я подхожу к двери ванной и открываю её. Захожу. Вижу силуэт Ники за шторкой. Улыбаюсь. Снимаю трусы.

Подхожу к ванне и осторожно открываю штору. Ника слышит это.

— Марк! – восклицает и мыло падает из её рук. Я залезаю в ванну, поднимаю мыло.

Забираю у неё губку, которую она намыливала. Кладу мыло в мыльницу. Ника молча наблюдает за мной.

— Повернись ко мне спиной, – говорю я. Поднимает бровь, я улыбаюсь ей. Она разворачивается. Я намыливаю её шею, спину, руки, спускаюсь по бедру и ниже. Слышу, как Ника судорожно вздыхает. Почему она так нервничает? Это ведь нормально, мыться вместе. Мы уже делали это. – Теперь лицом.

— Марк, – говорит Ника, поворачиваясь.

— Что, Ника? – провожу по кончику её носа мыльным пальцем.