Книга Прости меня, Вероника!, страница 179 – Евгения Султанова-Ус

— Марк! – возглас его матери.

Ох, как Марк орёт!

— Марк, успокойся! – голос мой напряжён, но я не кричу. – Она не шлюха, не говори так.

— Она связалась со старым козлом, сама знаешь!

— Нет! У неё не было с ним ничего! – парирую я его словесные удары.

— Ника, ты сама видела, – рычит.

— Не злись и выслушай меня! – он начинает меня бесить. – Она не стала с ним спать, ей стыдно, Марк. И она просила прощение.

— А ты и уши развесила! Может она врёт.

— Марк, перестань так говорить со мной! Рита не врёт! Она была искренна. Я знаю это.

— Ох, Ника. Ты очень доверчивая.

— Марк я ведь поверила тебе, почему я не могу поверить ей?!

— Вот как.

Знаю, что ему неприятно упоминание о том, что он тоже не без греха. Но как по-другому достучаться до него?

— Марк, каждый достоин второго шанса. Я тебе уже говорила об этом. И перестань беситься. Хорошо?

Молчит. Потом вздыхает.

— Ладно, малыш, – голос уже спокойный. Марк включил другой вариант себя.

— Ты когда домой?

— Ещё не знаю. Надо маме помочь.

Киваю.

— Хорошо.

— Я позвоню тебе.

— Ладно, Марк.

Он отключается. Да уж. Разговор у нас получился не очень мирным. Но я знала, что так будет.

Я пишу Рите смс с адресом дома. Пока она не приехала, я заканчиваю упаковывать подарки. Убираю коробки в шкаф наверху в спальне.

Иду на кухню. Нужно приготовить что-нибудь из еды. У меня ничего нет. А вдруг Рита проголодается в дороге?

Я достаю из холодильника нарезанную курицу, лук, чеснок. Запекаю в духовке. На гарнир готовлю рис. Можно сделать какой-нибудь салат ещё. Самый простой из овощей. Нарезаю перец, томаты и огурцы. Крошу в тарелку фиолетовый лук. Готово.

На телефон приходит сообщение от Ритки. Она подъезжает.

Я иду в коридор, накидываю пуховик и надеваю ботинки. Выхожу из дома. Жду подругу.

Проходит минут пять, и я вижу вишневую «Ладу», едущую по нашей улице.

Автомобиль останавливается. Через пару секунд выходит Рита. Я иду к ней навстречу. Машина уезжает, а Рита бежит ко мне и прямо врезается в меня, обнимает крепко. Стоим и плачем, как дурочки.

— Ника, прости меня, – приговаривает Рита. – Я идиотка, самая настоящая.

Я улыбаюсь.

— Пошли в дом, хватит сопли морозить!

Она смеётся.

— Ты стала говорить как я, – Ритка берёт меня за руку. Идём в дом. Раздеваемся и проходим в гостиную.

— Тут уютно, Ника. И так, так по-домашнему. – Ритка оглядывается. Вижу, что ей тут нравится.

— Да, дом, классный. Отец Марка сделал тут ремонт. Марк говорит, раньше всё было по-другому.

— Марк здесь рос?

— Только до трёх лет. Когда отец ушёл от них, они с мамой съехали.

Мы садимся на диван.

— Хочешь есть? – Спрашиваю. – Я только приготовила.

Рита качает головой.

— Нет, пока, не хочу. Не лезет ничего, – она потирает виски. – Я столько слёз пролила, что у меня голова кругом.

Мне так жаль!

— Рит, не плачь больше. Хотя я знаю, как тебе тяжело.

Я беру её руку, сжимаю крепко.

— Мне жаль, что ты потеряла папу.

Она кивает.

— Это хуже всего. У него был сердечный приступ. Он до этого болел.

— Ты говорила.

— Но стало лучше потом. Я до сих пор не верю, что его больше нет.

— Рит, – жалобно говорю я.

— Я после смерти папы вообще перестала чувствовать что-либо. Приехала мама, стала меня оскорблять. Говорила, что я никчемная и плохо кончу. Поливала грязью отца. Сказала, что мы два сапога пара. Оба никудышные. Будто она лучше. Постоянно изменяла папе. Сидела у него на шее. А сейчас видите ли у неё богатый любовник. Обеспечивает её. Она хвасталась мне этим, представляешь! Как будто здесь есть, чем гордиться. Она сама никогда не могла добиться ничего. Своим трудом. Только за чужой счёт! Мне было так плохо, что я даже ответить ей не могла. Я выгнала её. Слушать просто не могла больше тот поток дерьма, который хлестал из неё. Прости, что не приняла тебя. Я себя терпеть не могла. Из-за всего. Из-за всей той истории с видео. Из-за смерти отца. Я мало уделяла ему внимания. Вадим много звонил, но мне было стыдно взять трубку.