Книга Прости меня, Вероника!, страница 60 – Евгения Султанова-Ус

Недовольный такой голос у него. Кидаю взгляд в его сторону. Он ставит банку кофе и чай в шкафчик.

Решаю поставить тостер рядом с микроволновкой, на тумбу.

— А я и не волокла всё одна.

Прохожу мимо Марка, ставлю тостер. Отлично. И розетка тут есть свободная.

Давай Марк, спроси, кто мне помог донести вещи. Интересно же.

Возвращаюсь к столу.

— Кто же тебе помог?

Он стоит напротив меня, с другой стороны стола. Прищурился. Ждёт ответа. Хм. Какие чувства я испытываю к нему сейчас, зная, что он не послушал меня и упрямо поступил по-своему? Мне немного обидно. Он требует от меня честности, а сам темнит. Опять. Меня уже достало, что он вечно что-то скрывает от меня! А из-за этого я злюсь. Знаю, мы очень часто ссоримся и я говорила Марку, что мне от этого тяжело. Но кончатся ли когда-нибудь наши размолвки? Сможем ли мы жить мирно?

— Я встретила нашего соседа, Рому.

Он поднимает бровь.

— Хм, ясно.

— И с ним была его жена, – продолжаю, пристально глядя на него. – Катя, помнишь, та, что работает в отделе шубок?

Ну, Марк. Посмотрим на твою реакцию. Перебираю в руках мандарины, которые Марк выложил из пакета. Что тут у нас ещё? Под рукой у меня виноград. Хм. Может быть.

— Правда? – удивлённо спрашивает мой красивый парень. – Они что же, помирились?

Я киваю.

— Ага. И знаешь, что у меня спросила эта девушка?

Я кладу мандарин и открываю мешок с виноградом. Беру небольшую горсть. Отрываю от веточки несколько ягод. Они крупные. Наверное, сладкие. Кидаю на Марка взгляд. Он потирает подбородок. Ага, занервничал!

— Откуда мне знать, – пожимает плечами. Видит мой прищур. Марк делает шаг назад, а я, наоборот, поддаюсь чуть вперёд.

— Она спросила, почему я не в той классной шубке, которую мне купил мой молодой человек. Купил, прибежав через полчаса после нашего ухода из отдела. Такой дорогой и крутой подарок!

Я кидаю в него виноградины.

— Ника! – кричит он. – Что ты делаешь?

Я кидаюсь в него ещё и ещё.

— Вот тебе, Марк! Ты всё-таки купил эту шубу, в тайне от меня!

— Хватит кидаться в меня, – он пытается закрыться, но ягоды сыпятся и сыпятся в него. Получай, Марк.

— Я не мог не купить её, малыш! – стонет Марк.

— Я покажу тебе малыша!

Я оббегаю стол, хватаю мандарин. Марк бежит от меня в другую сторону.

— Только не мандарины! Ты же так любишь их!

— Плевать! – бросаю мандарином в него. Он его ловит. Я беру другой и снова бросаю.

Марк выбегает из кухни.

— А, ну, стой! Ты не должен был покупать её!

Я бегу за ним, схватив со стола мешок с яблоками.

Он стоит за диваном.

— Малыш, – взмаливается он. – Ты великолепно в ней смотрелась. Тебе ведь она понравилась!

Яблоко летит прямо в него, но Марк нагибается, и яблоко врезается в стену, падает на пол.

Блин, ещё немного и попала бы в портрет! Только не это.

— Яблоко, Ника?! – восклицает Марк, поднимая фрукт с пола. – Убить меня хочешь!

— С удовольствием! Бессовестный!

Я хочу подойти к нему, но он бежит от меня в спальню и закрывает дверь.

— Открой, Марк! – кричу, стучу в дверь.

— Только, если прекратишь кидаться в меня! Ника, смени гнев на милость, пожалуйста.

Как бы ни так! Блин, но ведь я могу что-нибудь замарать этими фруктами! Что тогда Лидии скажу? Квартира-то её!

— Ладно! Обещаю, кидаться не буду.

Иду к журнальному столику, кладу мешок с яблоками. Стою, руки сложены на груди. Жду, пока Марк выйдет из своего укрытия. Давай, Марк, покажись.