Книга Мэйр. Борьба за жизнь. Убежище, страница 90 – Евгения Султанова-Ус

* * *

Я залезла в один из вагонов, чтобы исследовать его. Тут всё более менее сносно. Заброшено, конечно, но сидения остались целыми. Крыша поезда тоже. А вот пол немного вздут, будто его что-то снизу распирало. Пока генерал проверял исправность поезда, я обшарила все уголки вагонов. Тут так же остались вещи пассажиров. Неизвестно, когда в последний раз поезд был на ходу, но сохранились в вагоне-багаже чемоданы и сумки. Должно быть в них немало нужных вещей, но у меня нет возможности сейчас шариться в них. Да и не унесем мы с генералом много вещей. Несмотря на его силу, руки-то всего две. И две мои. Я не думаю, что он хочет задерживаться в этом месте допоздна, чтобы таскать скарб.

Я глянула в окно и ужаснулась. Вот это метель на улице разыгралась! В который раз оступилась, засмотревшись на улицу. Холод внутри вагонов невообразимый, но хотя бы нет ветра.

На что это я наткнулась, что чуть было не упала? Опускаю взгляд к полу. Крик застревает в горле на мгновение, а потом я слышу его будто со стороны. Подо мной тело. Настолько обезображенное человеческое тело, что ужас пронзает меня, словно иглы, доставая до самой души. Я уже слышу тяжёлую поступь генерала.

Он вбегает в вагон, и видит то же, что и я. Не знаю, наверное инстинкт защитника заставляет его взять меня за руку, развернуть от тела и поднять моё лицо к себе, взяв двумя пальцами за подбородок. Я видела трупы и не раз. Мамы и папы, например, и других людей. Но чтобы так поиздеваться! Это ведь явно не монстры сделали. Люди. Столь неоправданная жестокость поражает меня. У него обожжены ноги, и жгли их явно специально. Беднягу пытали самыми разными способами. Но труп выглядит так, будто человек уже давно мёртв, хотя следы пыток остались.

— Посмотри на меня, Мэйр, — требует генерал. Но я закрыла глаза и не желаю ничего видеть. Я не неженка, но это слишком. — Взгляни, прошу.

Его тон смягчается. Я чувствую его ладони на своих щеках. Я также обняла его лицо однажды. Ночью, в его спальне. Я открываю глаза и встречаю его беспокойный взгляд.

— У тебя глаза цвета небесной синевы, Мэйр, — невпопад говорит Эйдан, наверное просто, чтобы отвлечь меня. Я поднимаю бровь. Тошнота отступила, ужас увиденного тоже ушёл на задворки сознания. Лишь бы не обернуться.

— Пойдём, переждём метель в другом вагоне и двинемся в обратный путь. Я киваю. Не хочу, чтобы он отнял от меня свои руки. Мне лучше, когда Эйдан касается меня. Но он всё же убирает руки. Мы выходим из вагона. Проходим ещё парочку.

Садимся рядом на сидения. Дубак неимоверный. Это я понимаю примерно через пятнадцать минут. Генерал достаёт из рюкзака термос и наливает мне горячего цикория. Я согреваю руки о кружку. Тепло разливается по телу, а мне на плечи ложится куртка генерала.

— У меня кое-что ещё осталось для тебя, — говорит генерал, отчего-то пытаясь скрыть взгляд. Ого! Он смущается? Такое редко увидишь!

Эйдан протягивает мне упаковку сушеных бананов.

— Вы, генерал, решили истратить на меня все свои бананы? — у меня хватает настроения шутить. Это поразительно. Лицо генерала разглаживается, шрам над веком дёргается.

— Это последние запасы. На большее не надейся.

Мы смотрим друг на друга. Каждый вкладывает свой смысл в эти слова. "На большее не надейся".