Книга Приключения Эммы Вавилоновой. Убийство в родовом гнезде, страница 109 – Евгения Султанова-Ус

«Спасибо Александр», — Эмма мысленно поблагодарила парня. Ведь он спас её, сам того не подозревая.

— Деньги дворецкий свои, конечно, не получил. Туго ему придётся. Ну да ладно! Это не моё дело. Вряд ли вы его найдёте теперь.Ты, вот что сейчас меня интересует. Вернее твоя смерть. Смерть. Интересная штука судьба, да Эмма? Она спасла тебя от старухи целых три раза, чтобы ты умерла в четвёртый.

Громов вытащил из-за пазухи пистолет.

— Тебя поймают и посадят, — произнесла девушка сквозь зубы. Было так странно: она не испытывала страха, она чувствовала лишь злость на этого мужчину. Злость за то, что он сделал с ней, за то, что сделал с её семьёй. За то, что хотел обмануть маму, за то, что сейчас собирался лишить Эмму жизни. А девушке так хотелось жить!

— Жаль, что наличность не удалось унести.

— Из сейфа дяди?

— Часть наличности с фабрик Даниил хранил дома в сейфе. Пунктик у него был такой. Остальное держал в банке.

Эмма даже не подозревала об этом. Не думала, что огромная сумма денег хранится в доме.

— Мало наворовали?

— Там полно деньжат, ты даже не представляешь! — глаза его, однако, горели огнём не жадности, а ненависти. — Но не деньги главный приз для меня. Ты! Твоя смерть. Как же будет страдать твоя мамашка, узнав, что единственная дочь убита. Ей будет совсем не до бизнеса, — сказал Громов, нацелив оружие на Эмму. — А меня никто и не заподозрит как и раньше. Я примерный труженик.

— Городецкий выдаст тебя, он трус!

Громов задумался. Потом его губы растянулись в довольной улыбке.

— Не выдаст.

Эмма поняла, что Громов убьёт сообщника.

— Убьёшь его.

— Нет. Ты его убьёшь, — он погладил ствол пистолета и хищно посмотрел на Эмму. Сделал к ней шаг.

— Я убью тебя, потом его, но все будут думать, что вы убили друг друга. Как тебе план?

Эмма почувствовала тоску. Неужели это всё? Конец её недолгой жизни? И не будет больше Тима, мамы, друзей, любимого дела? Неужели ей суждено умереть на холодной сырой земле, быть погребённой в старом забытом всеми колодце?

«Ещё нюни распусти», — одёрнула себя девушка.

— Это плохой план, — сказала она серьёзно. — Я обещаю, что ты не уйдёшь безнаказанно.

Мужчина громко расхохотался. Слова Эммы ему показались даже безумными, а не просто смешными.

— Тебе ли угрожать мне расправой, — он вытер слёзы и покачал головой. Этот человек был абсолютно уверен, что всё рассчитал верно, что уйдёт от наказания за все совершенные преступления. Эмма была поражена такой уверенности.

А ещё она чувствовала ужасную боль, которая становилась невыносимой. Ей нужно сменить позу, но она боялась пошевелиться. Поморщилась, когда скула заныла с новой силой.

— Ты выглядишь жалко и смешно, дурочка.

Со стороны послышались шаги. Их эхо отскакивало от стен. Показался Городецкий. Он был взволнован. И напуган.

— Нужно уходить отсюда, — сказал он, быстро подходя к Громову и Эмме. — Её ищут. Она обронила телефон в кабинете, поэтому они сразу поняли, что что-то не так. И ещё….

Он посмотрел на Эмму.

— Они знают про потайные ходы. И уже бродят здесь. Найдут и этот коридор. В этом нет сомнений. Их там полно. Полиция.

Громов зарычал и ударил Городецкого. Тот пошатнулся, повалился прямо в сторону девушки. Эмма попятилась, но позади лишь стена, отступать некуда. Ужасная боль в ноге пронзила её. Эмма не выдержала и громко вскрикнула. Городецкий упал у её ног и затих.