Книга Приключения Эммы Вавилоновой. Убийство в родовом гнезде, страница 52 – Евгения Султанова-Ус

Да, эмоции эти разные, но заставляют людей бросаться в крайности. И мама Эммы не была исключением.

— Разные, — махнула она рукой. Она занервничала. — Мы ведь не знаем, кому мог за всю жизнь насолить Даниил.

Эмма насторожилась. Возникло чувство, что мама врёт ей. Она имела ввиду конкретного человека, а не вообще каких-то там людей. Но мама хочет скрыть, о ком именно она говорит. Эмме стало безумно любопытно. Неужели маме известно что-то наверняка? И не связано ли это с той давней ссорой, после которой они с Даниилом перестали общаться? От всех этих догадок и от нетерпения разгадать семейные тайны, Эмма заёрзала в кресле. Но маму пытать сейчас она не станет. Ей нужно успокоиться.

— Мам, ты не переживай за меня. Я взрослая девочка, могу позаботиться о себе.

— А своему Тиму ты рассказала о том, что случилось?

Теперь пришла очередь Эммы отвести взгляд. Мама не общалась с Тимом лично. Она не совсем одобряла его работу в газете. Все эти сплетни и толки, что, как она считала, разносят газетчики. Но раз дочь этого человека любила, то мать не лезла в их отношения.

Увидев взгляд дочери, Екатерина всё поняла.

— Почему? — удивлённо спросила она. — Почему скрыла от Тима смерть дяди и то, что случилось с тобой?

Эмма закатила глаза. Она встала с кресла и прошлась по комнате. Эмма сама не была до конца уверена в причине умолчания таких важных и печальных новостей.

— У Тима важная командировка. Не хотела, чтобы она сорвалась. Эта работа очень дорога ему.

Екатерина всплеснула руками:

— А ты ему не дорога? Мне просто интересно. И как он отреагирует, когда узнает, что ты скрыла от него покушение на свою жизнь? Ему не будет обидно, что ты столь важного не сказала? Я думала, ты любишь его, сама ведь говорила. Но тебе в итоге плевать на его чувства.

Эмма прикусила губу, чтобы не сморозить лишнего. В таком ключе девушка совсем не думала. Она и правда не задумалась о чувствах Тима. А ему будет ой как неприятно узнать о кардинальных изменениях в её жизни. Неприятно и обидно, это так. Но сейчас она тоже не может позвонить ему. Тим уже уехал. Не стоит его тревожить.

— Я люблю его, — потерев лоб, ответила Эмма. Почему бы не сменить тему разговора?

— Вряд ли любишь….

— Мам, хватит.

— Это твоя личная жизнь. Хорошо, я и дальше в неё вмешиваться не буду. Самостоятельная ты моя.

— Я хотела поговорить с тобой о другом.

Эмма серьёзно посмотрела на мать. Екатерина взгляд выдержала, даже не моргнула. Они стояли друг против друга, словно между ними был не разговор, а противостояние. В какой-то степени это так и было. Эмма хотела, чтобы мама не отказывалась от семейного бизнеса.

— Фабрики. Хочу узнать, что ты собираешься делать.

Екатерина даже не напряглась. Хотя тема, как знала Эмма, была ненавистна ей. Мать всегда была против участвовать в семейных делах. Екатерина усмехнулась и лукаво посмотрела на дочь. В чём подвох?

— А ты как думаешь? Только честно.

Эмма хмыкнула. Она точно была уверена в намерениях мамы, просто хотела услышать её собственный ответ.

— Хочешь продать.

Мама Эммы сделала шаг в сторону дочери и вдруг взяла её за руку. Эмма даже опешила. Девушка думала, что мама начнёт один из тех неприятных разговоров, что были в прошлом, когда дело касалось фабрик и участии Екатерины в их работе. Но тёплая улыбка и мягкий взгляд, которым её одарила мама, поставили девушку в тупик. Она не ожидала такой реакции на свой вопрос.