Книга Вероника, я люблю тебя!, страница 31 – Евгения Султанова-Ус

Я киваю. Опираюсь лбом о его плечо.

— Тогда я заеду за тобой прямо сюда. Подвезу до дома и подожду.

Я немного отстраняюсь от него, но он тянет меня к себе снова.

— Только не подъезжай к моему дому, — говорю ему. — Не хочу ещё больших проблем с матерью.

Чувствую, что он кивает. Потом смотрит на меня.

— Хорошо.

Как быстро он согласился! И даже пререкаться не стал. Он очень странный человек. Я никогда не знаю, чего от него ожидать.

— А сейчас мне пора, — говорит он, тянется к моему лицу и целует в щёку.

— Куда ты? — Спрашиваю.

— Много будешь знать, плохо будешь спать!

Он шутит, и я улыбаюсь. В конце концов, кто я такая, чтоб он посвящал меня в свои планы? И правда, кто я для него? Откидываю эти мысли. Мы ещё слишком мало знакомы, чтобы быть друг другу кем-то.

— До вечера, — он отпускает меня и идёт к двери. На пороге сталкивается с Лидией. Молча, проходит мимо неё и выходит за дверь.

Я смотрю на свою начальницу. Представляю, какой у меня вид! Лицо красное, волосы растрепаны. Стою посредине магазина и молчу. Ощущаю поцелуй Марка на своей щеке, а тело чувствует его прикосновения.

Лидия подходит ко мне, несколько раз оборачиваясь назад. Я быстро поправляю выбившиеся пряди волос за ухо.

— Ника, привет. Что это с тобой?

— Э… Все хорошо.

— О, ты разобрала много коробок, умница.

Она всегда хвалит меня. Я рада, что она мной довольна. Не то что моя мама!

Я иду к коробкам и снова берусь за работу. Лидия выкладывает на стол кучу каких-то документов.

— Ого, работы много, да?

Она улыбается.

— Эта работа мне в радость, ты же знаешь.

Киваю.

— Как поездка?

— Хорошо! Спасибо, что спросила. Была на выставке детских книг. Пробыла там часа два, представь! Очень понравилось.

Она откидывает темные волосы со лба, и на её лице я вижу мечтательную улыбку. Лидия и моя мама одногодки. Но Лидия выглядит моложе, чем мама. У нее доброе лицо, глаза излучают заботу, а говорит она всегда мягко и спокойно. Кажется, ничто не может её разозлить или заставить нервничать. Я никогда не слышала, чтобы она повышала голос. Если Лидия видит, что у меня плохое настроение и что-то тревожит меня, то обязательно спросит, хочу ли поговорить о том, что случилось. Но, если я не хочу, она не будет настаивать.

— Ника, слышишь меня?

Я поднимаю голову.

— Что?

— Где ты витаешь, милая?

Она сидит за прилавком, руки её сложены на бумагах, лежащих перед ней. Она смотрит на меня таким внимательным взглядом, что мне становиться не по себе.

— Когда я вошла, из магазина выходил молодой человек, — говорит она. — Ты случайно его не знаешь?

Я вдруг вспоминаю, что, входя, Лидия столкнулась с Марком. Она очень странно посмотрела на него. Он же не обратил на нее никакого внимания.

У нее проницательный взгляд. Я ерзаю на табурете, чувствую, что моё лицо покрывается румянцем.

— Он ведь приходил к тебе, так?

Она улыбается.

— Я видела твои красные щёки и растрепанные волосы.

Боже, как стыдно!

— Вы целовались, я права?

Мои брови взлетают вверх, я ещё больше заливаюсь краской.

— Мы, я…

Слова застревают у меня в горле, потому, что я вообще не знаю, что сказать!

— Ника, приди в себя. Тебе восемнадцать лет, не нужно так стыдиться, что тебе нравится мальчик. Было бы ненормально, если бы не нравился. Он симпатичный, кстати.

Я выдыхаю, немного успокоившись. Её слова и мягкий голос всегда успокаивают меня.