Книга Бывшие. Любовь, удар, нокаут, страница 89 – Ария Тес

— Принцесса злится на тебя? — раздается тихий голос позади, я поворачиваюсь.

Алиса стоит передо мной. Она теребит свою пушистую сумочку, смотрит на меня открыто. И я шепчу в ответ…

— Да. Немного.

— Почему? Ты сделал что-то плохое?

— Я сделал много чего плохого, если честно.

— Мама тоже на тебя злится…

Сердце резко сжимается. Еще бы…

— Так что, наверно, и правда. Зачем?

— Зачем «что»?

— Делаешь плохое? Это же не прикольно.

С губ срывается тихий смешок. Как точно, насколько в цель…

— Не знаю, как иначе. Наверно.

Зачем я ей это говорю? Алиса не понимает. И слава богу, конечно, и, конечно, может быть, поэтому и говорю.

Мелкая кивает пару раз, притворно оглядывая зал, а потом переводит на меня взгляд и улыбается.

— Я тебя научу, как надо хорошо? Хорошо? Ты только слушайся. И на тебя потом никто злиться не будет… чшшш, — она прикладывает крошечный пальчик к губам, а глаза ее сияют тысячей огней, — Это мой секрет, но я умею, чтобы не злились.

— Часто приходится, да?

— Что?

— Применять навык на практике.

Она задумывается.

— Ну да. Бабуся называет меня хулиганкой.

— Твоя бабуся… любит называть всех по-разному.

— Тебя оболтусом.

— Меня оболтусом.

— А мне?

— Что тебе?

— Как мне тебя называть можно? М?

Пиздец.

Меня как будто с ноги прошибает в грудь, а все тело поражает молнией в миллион ватт. И все это сразу!

Стою. Молчу. Смотрю на нее — глаз не оторвать! А Алиса слабо улыбается и тихо добавляет, чтобы окончательно отправить меня в нокаут:

— Я не хочу оболтусом. Не знаю, что это значит, но слово какое-то неприятное. Мне кажется, что ты совсем не похож на оболтуса. Только грустный… почему ты такой грустный?

Потому что, кажется, я не могу дышать. И никогда больше не смогу сделать ни одного полноценного вдоха…

Маня, 25

Все документы были подписаны за три дня. Видимо, дело было настолько срочное, что никто не собирался с этим затягивать. Сразу же после разговора в зале, я поехала к адвокату, с которым подписала соглашение, и так, собственно, обзавелась своим собственным представителем: низеньким мужчиной средних лет, которого мне посоветовала Алена. Когда-то она много кого знала, живя в столице, и когда-то Петр Васильевич представлял и ее. В урегулировании вопроса с ее «мужчиной».

Грустно как-то. Вот такие реалии современной жизни: чтобы общаться с мужчиной, нужно иметь на быстром наборе специалиста, который в случае чего будет представлять твои интересы в суде. Круто, правда? Очень романтично. Но, впрочем, неважно. Если мне нужна будет романтика, я посмотрю какой-нибудь фильм, где все классно всегда. Неважно, как это произойдет, а финал баллады неминуемо сведется только к положительным вибрациям. Так в жизни не бывает. Спасибо, я усвоила этот урок.

Шумно вдыхаю, глядя на себя в зеркало, потом с грустью смотрю на притихший телефон. Сегодня первый «выход в свет». И он будет без Алисы…

Это тяжело.

Я познакомилась с Мариной Павловной в тот же день, как вернулась от Петра Васильевича. К слову, она безумно похожа на Мери Поппинс из фильма восемьдесят четвертого года. Ну того, где главную роль играла Наталья Андрейченко. Она тоже высокая, тоже блондинка. У нее идеальная осанка и строгий стиль в одежде, а взгляд мягкий…

Сначала Алиса с сомнением отнеслась к новой знакомой. Она ей сделала с ходу несколько замечаний по поведению за столом, а мы такое не любим. Ну, разумеется. А потом… прошел день, вот второй… и все! Вчера она мне сказала, что ей нравится Марина «Пална», и что она научила ее делать реверанс. Как принцессу. Так просто, сердце было завоевано. Знаю, звучит очень сомнительно, но для меня нет в этом в действительности ничего удивительного. Алиса — мягкий ребенок; и я уже говорила, что она очень пытливая и любопытная. Новое принимает легко, с распростертыми объятиями встречает каждого, кто войдет в ее круг, и это, с одной стороны, супер! Никаких проблем с социализацией у тебя никогда не будет! Но с другой… я боюсь, что когда-нибудь вот это вот «открытое сердце» обернется для нее трагедией.