Книга Бывшие. Я не смог ее забыть, страница 147 – Ария Тес

Его глаза - это что-то особенное. Такое особенное…господи, как же сильно я в него влюблена...будто до него никогда и никого не любила. Словно он - первая, настоящая любовь...

Не могу сдержаться. Провожу кончиками пальцев по шраму, Эмиль на мгновение застывает, но потом поддается: чуть прикрывает глаза, будто наслаждаясь прикосновением, прижимается к руке, а дальше…он поворачивает голову и оставляет нежный поцелуй на внутренней части моей ладони.

— Какой Катей, Кира?

Я не хотела бы, чтобы он знал. Это слишком личное. Глубокое. Мое. Если между нами только секс, а я его таблетка, зачем ему это знать? Но…если все так, зачем ему это спрашивать? Правильно?

— Когда я училась в школе, у меня было две лучшие подруги…

Начинаю рассказ тихо, пристально следя за его реакцией, а к концу своей истории…убеждаюсь, что между нами что-то большее. Если Эмиль спросил просто так, то ограничился бы короткими двумя-тремя предложениями, в которые я уместила всю историю изначально, но нет. Он смотрел мне в глаза, и там не было пофигизма. Он хотел понять, задавал вопросы, и в результате я рассказала все, включая то, что меня волновало до сих пор.

Это длилось несколько часов.

— …Я не знаю, что стало с Маней, мы потерялись. Но иногда мне становится страшно, что она так и не оправилась от случившегося…

Эмиль лежит рядом, подоткнув голову рукой, потом откидывается на кровать, а через мгновение в темноте мелькает огонек зажжённой сигареты.

Дым уходит в потолок.

Вместе с ним он выдыхает приговор.

— Ты не Катя, Кира.

— Она была моей подругой.

— Она никогда не была твоей подругой, - тихо говорит он.

Я фыркаю и чуть подтягиваюсь на руках, а потом перехватываю у него сигарету и киваю пару раз.

— Ну да. Не надо, Эмиль. Я…

— Я не говорю о тебе, Кира. Возможно, ты действительно считала ее подругой, но Кристина тебя - никогда.

Хмурюсь. Внутри немного вибрирует. Что он имеет в виду?

Эмиль молча смотрит на меня в ответ. Я не спрашиваю вслух, но он понимает, что спрашиваю. Будто бы оценивает. Будто бы думает над тем, как сказать то, что…возможно, причинит мне боль? Он за меня переживает?

— Она все знала.

— Что?

— О похождениях Сашки. Она знала.

Хмурюсь сильнее, встряхиваю головой.

— Нет, это…невозмо…

— Он как-то приезжал к нам, когда я еще был женат на Мадине. Я застал их на кухне. Твой муж показывал ей фотографии своих любовниц, а она морщилась и смеялась.

По телу проходится рябь.

Внутри какой-то непонятный обвал, а еще горько и больно становится.

Кристина - это не Маня или Катя, я знаю. Да и я не ангел, особенно если учитывать тот факт, что я лежу голая в одной постели с ее мужем, а полчаса назад он был во мне. Но! Меня действительно преследовало чувство вины, а она? Так натурально разыгрывала карту «подруги»… Имел ли место хотя бы один момент, когда ей было передо мной стыдно? Хотя бы вполовину так, как было стыдно мне?…

Эмиль забирает у меня сигарету, снова затягивается, а потом тушит ее о дно хрустальной пепельницы. Через мгновение двигается ко мне, тянет за ногу и укладывает на лопатки, убирая волосы с лица.

Его поцелуй нежный и пахнет дымом. А еще пахнет им…чуть сладко, тлело, до мурашек.

— А еще мне кажется, что она знала о том, что ты в меня влюблена, - шепчет он, - И наслаждалась тем, что этого никогда не будет.