Книга Между нами ничего не было, страница 7 – Ария Тес

* * *

— …А я рад, что ты приехала! - говорит мой двоюродный брат, когда мы выезжаем с парковки вокзала.

Я бросаю на него взгляд и коротко улыбаюсь. Васька вырос со мной. Он сын маминого родного брата, а он непутевый. После армии подсел на наркотики, потом встретил Васину маму и подсадил ее. Они живут в городке и продолжают заниматься беспределом. Дед не пускает их на порог.

Васе это не помешало стать достойным человеком. Он глубоко женатый, улыбчивый парень. Работает вместе с мамой и дедушкой, живет в соседнем от них доме.

Я люблю Васю. У меня нет родных братьев и сестер, хотя родители хотели большую семью. Не сложилось. Мой папа умер, когда мне было три года. Он был пожарным, а у них, у всех самоотверженность в крови. Однажды она сыграла злую шутку: отец ринулся в огонь, чтобы спасти женщину, что у него получилось, конечно, а вот себя спасти уже нет. Мама очень сильно переживала его кончину и так не вышла замуж. Даже не завела себе мужчину. Она одна. Думаю, все еще его любит и скучает…

По телу снова проносится волна неприятных, колючих мурашек. Я знаю, что такая преданность и верность не передается по наследству, но иногда мне страшно, что такой ген все-таки существует. После Саши у меня тоже не было мужчин, но я не уверена, что хранила верность…ему. Мне все чаще кажется, что время моей изоляции и принятия незаметно перетекло во влюбленность…в Эмиля. И вдруг я именно ему хранила верность?

Какой абсурд, да?

Но вдруг?... Ведь для меня весь мир померк…или сошелся исключительно на нем.

— …Аленка будет просто в восторге.

Пару раз моргаю, а потом про себя чертыхаюсь. Что за бред! Хватит уже думать! О чем тут Васька говорит?!

— Что?

— Говорю, Аленка тоже будет безумно рада, что ты приехала. Думаю, она нас всех перекроет стократно!

Мягко улыбаюсь. Алена — это его старшая дочка. Ей уже шестнадцать, и у нас очень теплые, доверительные отношения. Мы переписываемся, а когда я приезжаю, то проводим время вместе. Я люблю свою племянницу, которая по совместительству еще и моя крестная дочь.

— Как у нее дела?

— А ты будто не знаешь, - усмехается Васька, выворачивая руль, - Постоянно же на телефоне.

Это правда. Мы не теряемся.

Загадочно улыбаюсь, легко жму плечами, но отвлечься от тяжелых мыслей все-таки не получается. Я боюсь представить, что будет, когда Эмиль приедет и увидит, что меня дома нет. Надо будет написать ему сообщение…чтобы не волновался там? Не психовал?

Да, надо. Это будет по-взрослому. Напишу, чтобы не дергался. Что я приеду через пару дней, а потом мы поговорим спокойно. Нам все равно придется разговаривать так или иначе — мы связаны. Аборт я делать не собираюсь в любом случае, поэтому да. Пора учиться забывать про свой эгоизм и становиться взрослой девочкой.

Он меня использовал, и я это позволила. Как там говорила Элеонора Рузвельт? Никто не заставит тебя чувствовать себя ничтожеством без твоего позволения. Вот и в моей истории так же: никто не сможет тебя использовать, если ты сама не позволишь себя использовать.

Я позволила. Можно психовать, злиться, обвинять, но в сухом остатке так и есть: я все знала, и сама на это пошла. Ради чего? уже не имеет значения. Надежды не оправдались, а разбились о скалы под названием жизнь. Теперь остается только принять, улыбаться и жить дальше. Ребенок заслуживает того, чтобы у его родителей были адекватные взаимоотношения.