Онлайн книга «Снова ты»
|
Он резко затихает и хмурится. Чуть жмурюсь, потом кладу руку на лоб и откашливаюсь. Отличная идея! Она пришла внезапно, но это лучшее, что я могу сейчас сделать. Разыграть сцену с "кисейной барышней" — тактика всегда работает. — Не хочу показаться грубой, но...если честно, я сейчас не готова ни с кем знакомиться. Банально не запомню. У меня дико болит голова после...дороги. — Ой, конечно! - Ката тут же подается ко мне, - Лер, прости, пожалуйста. Я совсем не подумала об этом, почему ты не сказала? В салон тебя потащила... — Все было нормально, но теперь...уже нет. Если можно... — Конечно-конечно! Я тебя провожу в твою спальню... Ката мягко поворачивает меня на выход, но легче не становится. Мне сейчас даже за обман не стыдно, я вообще ничего не чувствую...кроме упорного, обжигающего взгляда в лопатки... «Клетка» Лера, около семи лет назад — …Малыш? Я слышу голос Ромы, а он по вискам бьет точно железный молот по наковальне. Мне плохо. Если честно, то я почти умираю, свернувшись в позе эмбриона посередине нашей огромной постели. Наверно, и по цвету подхожу ближе к пушистому покрывалу, в который, собственно, завернулась. Как в лаваш… — Я тут, - отзываюсь тихо. Тишина. Потом слышу, как ключи ложатся на комод, затем жужжит молния на его куртке. Тук-тук, он отставляет ботинки в угол. Потом берет что-то шуршащее и двигается в сторону спальни. Там, где я. По идее должна быть сексуальной, готовой ко всему. Как там было? Хорошая жена — это хозяйка на кухне, королева в гостях и шлюха в постели? Никогда не понимала эту фразу, конечно, никогда ее не одобряла. Она выглядит как-то...кхм, унизительно, по моему скромному мнению, но сегодня…честно, я бы хотела ее исполнить. У нас годовщина. И как я встречаю своего мужа? На кухне потоп тире бомбежка, стол не накрыт, и вместо шлюхи в постели с сексуальным бельем и какими-нибудь еще прибамбасами из моего потайного пакетика, который я наполнила еще месяц назад в местном магазине для взрослых — его ждет тюлень. Нет, серьезно. Самый настоящий, серый тюлень с гладкой, влажной кожей, издающий характерные звуки из ванной комнаты…примерно раз в сорок минут. Отлично. Из груди вырывается обреченный стон, прячусь под одеяло. Через мгновение его шаги, которые все это время приближали неизбежность, останавливаются. Рома молчит. Я тоже. Мне стыдно. Годовщина потрачена банальным образом: я отравилась креветками, пока готовила праздничный, романтический ужин. И никакие таблетки не спасают! По-прежнему очень хочется умереть… — Эм…малыш? - озадаченно зовет меня, делает шаг в комнату, но снова останавливается. Издает короткий смешок, наверно, чешет затылок… - Там на кухне прям погром. О боже… Пищу от досады, обиды, от злости, в конце концов! Как можно было так облажаться?! И почему! Почему, господи-ты-боже-мой! Это случилось именно сегодня! Сейчас! Злой рок?! Да?!… Рома улыбается. Я не вижу его, но чувствую по мягким, теплым волнам. Он подходит ближе, постель рядом со мной прогибается под его весом, а еще через мгновение я ощущаю тяжелую, но горячую, родную ладонь на своем боку. — У тебя не получился ужин, ты психанула и теперь прячешься от меня? Логично, но как бы не так! Мотаю головой. Рома улыбается еще шире — и я снова это чувствую. Да и слышу в голосе. |