Книга Снова ты, страница 98 – Ария Тес

У двери меня ждет мой кот. Беру свое сокровище, которое не очень-то этому радо, хотя…тут тоже стоит отметить, сопротивляется рыжий исключительно для галочки. Так, лапками повозил, пофырчал и успокоился.

Обнимаю.

Тихо урчит, собака такая, но дарит мне улыбку. Это хорошо. Улыбка мне сейчас очень нужна.

Вздыхаю и возвращаюсь в гостиную. Там Слава сидит на диване и курит, а завидев меня, тут же вскакивает.

— В смысле ты рассталась с Франком?!

— Хах…забавно.

Дернув головой, брат недоумевает. Я же обхожу диван, плюхаюсь на него и, продолжая обнимать кота, жму плечами.

— Мы еще не расстались, но расстанемся.

— Какой-то бабский бред, да? Типичный и…

— Нет, - перебиваю спокойно, - Просто пока мы ехали до аэропорта, поговорили.

— О...расставании?

— Чему ты так удивляешься, Слав?

— Ни один мужик не попрется к девушке, которую хочет бросить.

— Может быть, это я хочу?

— В это я…ну, готов поверить.

Брат падает на диван рядом, двигается к спинке и подтягивает к груди подушку. Недолго молчим, хотя я знаю, что он не выдержит еще на этапе его колких, остроумных ответов.

— Почему?

Улыбаюсь. Слава себе не изменяет, конечно…

— Я думал, ты счастлива.

— Я пыталась себя в этом убедить, но ничего не получается.

Повернув на меня голову, брат заламывает брови.

— Я не понимаю, правда…

— Что тут понимать? Франк — хороший мужчина, но ему нужно то, чего у меня дать не получается. И не получится.

— Чего же?

— Он хочет съехаться, хочет семью и детей.

— А это…плохо?

— Пока мы ехали до аэропорта… - подбирая слова, откидываюсь назад и смотрю в потолок, - Франк выказал мне определённые претензии.

— Какие это претензии?

— Например, я не позвала его на свадьбу с собой.

— Ты не позвала?! Господи, какая же ты сука!

— Да-да-да…- усмехаюсь, - Знаю. Но я…не хотела. Не могла себе в этом признаться, однако правду не утаишь, сколько ни пытайся. Я не хотела. И ничего не хочу — с ним. Он сказал, что хочет перевести отношения на другой уровень, что ему уже пора, а я?

— Что ты?

— А я этого не хочу. Я очень долго врала себе, бежала от правды, но теперь…просто не имеет смысла. Он — не то.

Вздохнув, перевожу взгляд на Славу.

— Ты общаешься с Измайловыми?

Его лицо тут же обретает то самое выражение лица. За годы жизни Слава хорошо научился притворяться. Можно сказать, филигранно. Удивляет ли это? Да нет. Все мы взрослеем, и все мы в какой-то степени теряем то свое, детское. Искреннее. Либо просто прячем его поглубже, чтобы сберечь от жестокости.

Наше детство располагало к тому, чтобы спрятать или потерять это детство гораздо раньше остальных. Но! Слава всегда был самым искренним…

Мы с Ильей изо всех сил защищали его от отца и от правды жестокой реальности. Мы делали это максимально! Отдавая очень много сил на то, чтобы сберечь беззаботство детства, ту пору, которая никогда больше не повторится — и у нас почти получилось. Слава был дольше нас всех ребенком, но он давно вырос, хотя так и не научился в острые моменты держать мину.

Это сейчас и происходит.

Я вижу. Когда застаю его врасплох, вижу всю правду на лице: да, они с ними общаются.

— К чему этот вопрос?

— Просто ответь.

— Лер…давай не будем, хорошо? - он понимает, что врать бесполезно, вздыхает, - Ты же должна понимать, как сложно разорвать отношения с людьми, ставшими тебе семьей и…