Онлайн книга «Измена: B-52»
|
— Я люблю тебя, Марин, - шепчет, оставляя еще один поцелуй, - Ты — моя мечта. — А ты моя, Саш. Я тебя люблю. Он тихо смеется. У меня есть такой заскок: я никогда не говорю «тоже», потому что «тоже» — это не чувство, а я хочу, чтобы он слышал о моих чувствах. — Когда-нибудь я женюсь на тебе. — Ой, прекрати… — Нет, серьезно, Марин. Если я когда-нибудь на ком-нибудь женюсь — только на тебе. — Ты боишься брака. — Это да, но… Я вон сколько ходил за тобой хвостиком. Никогда ни за кем так не бродил, ты первая. И я женюсь на тебе, отвечаю. Мы будем счастливы. Пять лет назад Я резко просыпаюсь и начинаю плакать. Слезы такие горькие-горькие, я остановить их не могу, как не пытаюсь, даже когда чувствую объятия мужа. — Марин, ты чего? Марин! — Мне кошмар приснился… - шепчу неразборчиво, но он сразу понимает и поворачивает на себя, взяв мое лицо в ладони. — Какой? Расскажи мне. — Что…что ты мне изменил… Саша улыбается так нежно, немного снисходительно, конечно, как если бы говорил: ну ты дурочка у меня… Вытирает щеки пальцами, а потом обнимает еще крепче и укладывает обратно в нашу постель. — Глупая… — Это было так реально, Саш… - всхлипываю дальше, утыкаясь лбом ему в грудь, - Как будто на самом деле… — Ты опять говорила с мамой? Молчу. Кусаю губу и молчу, потому что действительно говорила. Мама в который раз утверждала, что Саша меня непременно бросит, и что я буду делать? Без работы то. Это режет. Я понимаю, что всякое может быть, и я, возможно, допускаю очень серьезную ошибку, но Саша мой муж, а я ведь изначально знала, что это означает. Что я ЗАмужем. У него в семье так принято: жена не работает, и если я уж сказала «да», то должна была принять все его правила. Но мама…она очень хорошо относится к нему, правда это не мешает ей высказывать, что не нравится. Она даже не таится, говорит открыто, при нем: Вот Сашка от тебя уйдет, Маринка, будешь знать. Это его бесит, но ради меня он молчит, ничего ей не говорит. Пытался, а все без толку: мама считает, что я его заставляю так говорить, а на самом деле он хочет обратного, и ее ничто не может убедить. Это как бороться с ветряными мельницами — все без толку. — Мама твоя, Марин… - вздыхает Саша, а сам гладит меня по голове, - Я ее, конечно, люблю, но иногда она… Не продолжает, знает, что меня это обидит, даже если я считаю также, поэтому лишь тихо усмехается. — Успокойся, этого не было и никогда не будет. — Ты не можешь говорить так уверенно… — Но я уверен.ьЯ тебе не изменял никогда, клянусь, и никогда не изменю. — Говорят, что все изменяют. Всегда. Не бывает исключений... — Просто они не держали никогда свою мечту в руках. Как можно изменить мечте, Марин? Сейчас Я тоже не знаю, Саш, как? Как ты мог поступить так со мной? Украдкой вытирая слезы, я стараюсь не смотреть на таксиста, да и он на меня. Думаю, с ним нередко такое случается, когда на заднем сидении его машины кто-то проходит через свои личные девять кругов ада. А я все вспоминаю… Мы ведь и не ссорились почти, так, глупости разные. Много говорили. Строили планы. Этим летом, например, ездили и выбирали участок — Саша очень хотел дом. Говорили о детях…Мы не хотели торопиться, и как раз сейчас входили в ту стадию наших жизней, когда дети — это уже не так страшно. А самое смешное: эти разговоры начинала не я, а он. Все строил, строил планы, когда у самого любовница. Сколько они встречались? Весь этот год? Больше? Меньше? Я даже не знаю…не нашла в себе сил банально открыть какую-нибудь социальную сеть, ведь следы всегда остаются, а мне страшно. Я боюсь узнать эту правду, которую, если честно, давно знаю… |