Книга Измена: B-52, страница 20 – Ария Тес

— Ой, Мариночка, привет, - начинает Алена с улыбкой, но замечая мое состояние сразу хмурится, - Что случилось?

— Да под дождь попала…

Вру, как дышу, но сейчас даже рада, что у меня есть отмазка моему состоянию. Объяснять ей что-то не хочу. Пусть мы и ладим, а все равно люди чужие, и не нужно им это — мои проблемы. Думаю, что она все равно видит меня насквозь, по глазам, по крайней мере, я это понимаю, а возможно просто паранойю, но главное, что соседка тактично кивает и отступает.

— Лена, это наша Мариночка. Соседка, помнишь я тебе рассказывала? Они с мужем такая красивая, чудесная пара…

Что-то внутри умирает. Нет, серьезно?! Почему именно сейчас? Я ведь буквально слышу, как трескает мое сердце, и от этого ежусь.

— Ален, ты извини, но я очень спешу… - тихо говорю, стараясь не смотреть им в глаза, - Побегу, ладно? Поговорим потом.

— Конечно-конечно. Сашке привет передавай, а то сегодня пролетел мимо меня пулей, я даже не успела ничего сказать…

Холодею еще больше. Значит…он дома, а даже не позвонил. Мне почему-то становится так страшно, что я в миг меняюсь и готова уже поболтать хоть три часа к ряду, только не с кем. Трое женщин убежали к машине, закрываясь руками от холодных, наглых капель дождя, и я остаюсь у двери одна. Меня вдруг оглушает. Я представляю, как буду вот так одна стоять долгие, последующие годы, и накрывает с головой. Слезы опять подступают к глазам, горло сдавливает, сердце сжимает в тиски — я дышать не могу. Через пять минут все будет кончено, и, как говорила мама, я не уверена, что мной. Что-то внутри настырно мигает и пульсирует: я уже и не решаю ничего…

Дверь нашей квартиры, к которой я подхожу через целых пятнадцать минут, приоткрыта. Это страшно. Саша, конечно, может забыть ее закрыть, так уже бывало, даже ключи в замке забывал, но…я прямо чувствую, что это не такой раз. Я как будто уже знаю: он сейчас уйдет от меня. Наверно поэтому, когда я все таки захожу, дав себе еще пару минут, чтобы собраться с силами, меня не сильно удивляют разбросанные вещи и собранные чемоданы.

А все равно, как в бреду. Холодными пальцами я расстегиваю пуговицы на плаще, развязываю пояс, а сама смотрю на сумки, как на что-то инородное, чужое. Такая картина плохо укладывается в моем сознании, как если бы сейчас я бы увидела вампира — примерно настолько это нереально в парадигме моего мира. Но они действительно есть, вон лежат, в них действительно вещи, а Саша действительно уходит. Я это вижу сразу, как сталкиваюсь с его взглядом, зайдя на кухню. Он там. Сидит за столом, руки сложил вместе, хмурится, а когда слышит меня, поднимает глаза, и в них все написано.

Я. От. Тебя. Ухожу.

— Где ты была? - тихо спрашивает, я молчу.

Прижимаюсь плечом к стене, чтобы не упасть, а сама вся сжимаюсь, чтобы не рассыпаться на части, но рассыпаюсь, когда он тяжело вздыхает и говорит.

— Нам надо поговорить.

Голос — твердый. Взгляд — холоднее льда. Я таким Сашу никогда раньше не видела и, кажется, это означает «полон решимости». Я же свою растеряла где-то между восьмым и девятым этажом. Пока ехала домой в такси, думала, что сразу, как его увижу — уйду от него. У подъезда уже не была так уверена, а в лифте окончательно сдулась. Как будто кошмар воплощается в жизни: я остаюсь одна без него, и чувствую себя абсолютно потерянной.