Книга Измена: B-52, страница 32 – Ария Тес

— Успокойся. Чего я там не видел?

— Я на тебя заяву накатаю за сталкерство!

— Ты? За сталкерство? Забавно.

— Я тебя не преследую, а ты меня — да! Отвали наконец! Сколько раз повторить, что ты мне сто лет в обед не нужен?!

— Уволься.

— Нет!

— Это мой ресторан!

— Наполовину! Считай, что я работаю на другой! Ой, стой! Да я же и работаю на другой! Мой начальник — Лена, а не ты!

— То есть ты не уволишься?

— Нет.

— Ну хорошо…

Не нравится мне это его «ну хорошо…», но я стою на своем. Честно? Уже принципиально упираюсь рогом, который вонзаю в землю только сильнее, когда понимаю — этот придурок украл мою одежду. Как чертов школьник!

— Серьезно?! - вздыхаю, закатив глаза, пока вытираюсь.

С бельем забрал — точно придурок. Осматриваюсь. Ох, ну это просто благодать — думал, что не посмею?! Стягиваю его рубашку, при том из всей стопки выбираю именно его, надеваю ее и застегиваю на пару пуговиц, а потом выхожу. Стас во всю что-то шинкует, так что я огибаю стол, останавливаюсь напротив и поднимаю брови. Чувствую, как все пялятся, кроме него. Давыдов только лыбу давит и на доску смотрит.

— Говорю же: играть самому с собой мне неинтересно.

— Очень по-взрослому, Давыдов.

— Не фамильярничай.

— Тебе сколько лет вообще?

— Тридцать пять.

Снова втыкает нож в доску, поднимает глаза, но тут же замирает — явно не ожидал ТАКОЙ наглости, я же в ответ усмехаюсь.

— Да ну? А кажется пятнадцать. Посуда? Теперь одежда? Что дальше? За косички меня дергать будешь?

— Это что?! Моя рубашка?!

— Именно она. Слышала, что тебя бесит, когда трогают твои вещи? Как жалко-о-о то, ну ничего. Переживешь.

— Ты…

— И знаешь что? Давай я тоже попробую вести себя, как ты? - надуваю щеки, расправляю плечи и передразниваю его, уперев руки в бока и нахмурив брови, - Ой, посмотрите на меня. Я — Стас Давыдов, такой весь из себя крутой шеф-повар, который думает, что весь мир — сцена, а я в нем Примадонна, которая всем вокруг интересна.

Расслабляюсь. Вижу, что злится так, что аж глаза горят, а за спиной моей смешки только подогревают его бешенство. Но я не улыбаюсь — я слишком устала, поэтому так и смотрю на него, еще цыкаю и слегка закатываю глаза.

— Похоже? Думаю да. Так вот, Давыдов, у меня для тебя новость: мне абсолютно наплевать на тебя, поэтому отвали наконец!

Моя одежда лежит стопкой прямо рядом с ним, и я стягиваю ее — концерт окончен. Или нет? Стоит мне повернуться, как, конечно же, мне в спину летит «последняя» точка.

— Может тебе расслабиться, мышка? Выпей B-52…

А я делаю из нее запятую назло.

— Спасибо, но свой плохой день я уже пережила. Одна, кстати, и это было намного лучше, чем будь я с кем-то.

Молчит. Вот так то. Теперь точка.

Кажется, Давыдов угомонился наконец, хотя нет, скорее отвлекся. На кухне царит цейтнот, как никак: заказов куча, народа еще больше, а я наконец могу увидеть то, о чем все вокруг говорят, своими глазами. Стас в деле похож на супер-злобного льва. Орет дурниной, кидается продуктами, даже уволил одного повара, когда тот, по мнению Примадонны, мешал неправильно соус. Нет, я язвлю, а Давыдову то скорее всего виднее, и все равно, как по мне, конкретный борщ. Он даже на бедную Аську наорал, и та уже минут сорок рыдает в туалете, прибавив тем самым работы нашей смене. Стас и с Леной по этому поводу поссорился, но, как говорится, сделанного не воротишь, а у него нет времени размениваться на сожаления. Радует лишь одно: меня он будто не замечает, так что есть надежда, что на сегодня я отхватила сполна.