Книга Измена: B-52, страница 68 – Ария Тес

Сухо. Кажется, что у него до сих пор к ней чувства есть? Да нет, просто, наверно, действительно было сложно…поэтому я направляю его в хорошее русло, где ему будет более комфортно.

— Как зовут твою дочку?

И бью куда надо. Стас тут же улыбается и расслабляется, а потом непроизвольно бросает взгляд на фотографию ребенка.

— Ее зовут Аврора.

— Красивое имя.

— Помпезное слишком, как по мне, но Оля мечтала об этом, и я сдался. Очень счастлив был.

— А как ты хотел назвать?

— Я хотел бы в честь мамы — Виктория.

— Тоже красивое имя.

— Спасибо, мышка.

— Сколько ей?

— Два года.

Два года? Так…это что значит? Он два года разводился что ли? Кажется, что весь процесс подсчета отображается у меня на лице, он ведь вон смеется.

— Математику решила вспомнить?

Точно. Все так и есть — читает меня, как книгу настольную. Блин.

— Мы расстались через два месяца после рождения Авроры.

— Но…почему?

— Обязательно говорить?

— Необязательно, конечно…просто…

— Она мне изменила, - сухо отвечает, не глядя, - С моим другом.

Ох нифига себе…Это жестко. Тут я вдруг складываю кое что еще: как он говорил о работе во Франции. «Не сложилось» — слишком уж похожая интонация была, поэтому тихо спрашиваю.

— Он работал с тобой?

— Я работал у него, - также тихо отвечает Стас, - У него богатые родители, рестораторы, доверили одну точку. Он взял меня к себе, а потом увел мою жену. Итак!

Все. Тема закрыта. Я слышу эту точку также ярко, как его «веселую» интонацию — Стас перенаправляет разговор в мою сторону.

— Моя очередь. И вау! Кажется теперь я задаю несколько вопросов сразу?

Дурак… усмехаюсь, но снова соглашаюсь. Это первый наш нормальный разговор, дальше будет проще. Пока давить не буду.

— Почему у тебя нет детей?

— Не знаю… Саша все время говорил, что рано нам еще, да и я как-то…не готова была. Страшно это — ребенок. Ответственность огромная, и…все такое.

— А сейчас?

— Сейчас я об этом не думаю совсем. Мне бы свою жизнь в норму привести сначала.

— Но ты хочешь детей?

— Я бы хотела мальчика.

— Почему? - усмехается вновь, - Мальчики бестолковые. На меня посмотри.

— Вряд ли ты бестолковый, просто… тебе не хватает серьезности.

— Ах так? - поднимает брови с улыбкой и хочет еще что-то добавить, но я перебиваю.

— Когда ты работаешь, этого нет.

Стас тут же замолкает, даже хмурится, давая мне шанс пояснить, что я собственно и делаю.

— Ты безумно талантливый, Стас, и знаешь это, поэтому ты уверен в себе на все сто процентов, но когда этой уверенности нет — ты начинаешь волноваться и отшучиваешься.

— По-твоему я несерьезный везде, кроме кухни?

— Я не это сказала.

— А что ты сказала?

— Давыдов, жизнь, как оказалось, не коробка конфет. Попадаются и всякие гадости, так что ты никогда не можешь быть уверен на все сто процентов. Тебя пугает неизвестность, поэтому ты защищаешься шутками — это тоже нормально. У каждого своя защитная реакция, но из-за твоей ты кажешься несерьезным. Вот что я имела ввиду.

— Потрясающая прозорливость.

— Спасибо?

— Мне это нравится в тебе. Ты быстро считываешь людей.

— И снова. Спасибо?

— А еще считаешь меня талантливым...

Снова смеюсь. Ну кот же, прямо вот кот! Которому я решаю подыграть, двигаюсь ближе и слегка касаюсь его губ.

— Невероятно талантливым...малыш.

О да. О ДА! У мышки-Марины получилось поставить в тупик самого Стаса Давыдова, который сейчас вон как лупит глазами, кажется даже дар речи потерял. Ага, мы тоже так умеем, дорогой. Дернув бровями, я улыбаюсь и отстраняюсь, а потом тихо протягиваю.