Онлайн книга «Свободный брак»
|
Хотя я очень надеюсь, что смог донести до придурка свою идею: от таких женщин, как Ника, не уходят. Ника-Ника-Ника. Вероника. Сладкая клубника. В голове крутится тупая строчка из песни, и я слегка усмехаюсь, а потом невольно смотрю на рамку с фотографией. На ней мой лучший друг женится, а я выступаю в роли шафера и стою между парой, которая прекрасно вместе смотрится. Мой высокий, белобрысый дружок и прекрасная, миниатюрная брюнетка со счастливой улыбкой на пухлых губешках. Хороша… Она очень красивая была в свадебном платье, и мне дыхание перерубило, когда я ее увидел. Горько признавать, но «горько» было сложно кричать, уподобляясь всем вокруг, потому что… Черт, да потому что не смотрится она рядом с ним, ясно?! Не подходит! Мне она подходила гораздо больше! Но их свела чертова судьба, а я ей, объективно, не пара. Ян — надежный. Он в нашем тандеме всегда таким был. Если я балагур и весельчак, то он? Корпоративный до мозга костей святоша. Она такого заслуживала и заслуживает — чтобы нервы не трепали, чтобы счастливой делали, чтобы…короче, чтобы, как у людей. Поэтому я отошел в сторону. В конце концов, и правда, судьба расставила свои коррективы: мы договорились еще в кафе, что не будем ее искать, а потом они случайно столкнулись у метро. Это действительно судьба. Ведь каковы шансы то, а? Динь-динь. В дверь снова звонят, и я неохотно перевожу взгляд. Надеюсь, что это не он. Черт, если снова приперся и будет удобрять мою квартиру своей чушью, я ему нос сломаю! Потому что слушать это до сих пор не выносимо. Что тогда на свадьбе мне казалось, что он не понимает, насколько ему повезло, что теперь — и это дико раздражает. Аж до красных, мерцающих кругов. Ладно. В конце концов, он — мой лучший друг. Да и потом? Если есть возможность не разбивать сердце Нике? Я для этого все усилия приложу. Тяжело выдыхаю и плетусь открывать. Главное, держи себя в руках, Сахаров. Держи. Себя. В. Руках. — Если ты снова… - бубню, толкая тяжелую, железную дверь, но сразу и осекаюсь. У стеночки напротив стоит Ника. А мне сердце разрывает. На ней нет лица, только глаза ее голубые ярче горят. Притом в плохом смысле — потому что плакала, а не счастлива. Внутри сразу поднимается протест: она плакала! Она, твою мать, не просто плакала, а рыдала! Я его убью! Но убивать, походу дела, собираются меня. Ника приятно проходится по моему торсу взглядом, немного краснеет, что мне льстит, а потом ее взгляд меняется. Она настырней задирает нос, делает шаг на меня и шипит: — Это твоя чертова идея, да?! Эм…простите? Озадачен, и это слабо сказано. Рука буквально тянется почесать репу, но я стою и не шевелюсь, только шепчу. — П…прости? — Свободный брак, Сахаров! Это ты предложил ему эту чушь?! Если я до этого говорил, что он — придурок, простите, пожалуйста. Исправляюсь. Не придурок. Тупой, конченый мудак! Ты серьезно, твою мать?! Свободный брак?! Ника пристально изучает мое лицо, цепко вылавливая все эмоции, которые, наверно, сейчас на лбу черным маркером выведены. Смягчается. И шепчет… — Ты не знал… Проглатываю шок, как суперхолодное мороженое, то есть с большим трудом. Отступаю в сторону. — Зайдешь? Потому что ей нельзя сейчас быть одной. Ника мнется, но, наверно, и сама это понимает. А может, не хочет? Может, ей просто кто-то нужен рядом? Это неважно, если честно. Мне плевать. Даже если бы она сказала, что я — последний мужчина на свете, который может разделить с ней горе, и я действительно окажусь последним. Мне действительно плевать, потому что я дико рад, когда она слегка кивает и идет мне навстречу. |