Онлайн книга «Мама знает лучше»
|
Но это мой лучший друг…поэтому рвотные позывы удается купировать на время. — Алло! Нам срочно нужна помощь! Помогите! — сбито, нервно ору в трубку, — Срочно! Моего друга ранили в живот! Оператор говорит что-то еще, но я не могу отвечать: повторяю. — НАМ НУЖНА ПОМОЩЬ! СРОЧНО! ПОМОГИТЕ, БЛЯДЬ! СРОЧНО! — Адрес. Называю. — Ждите. Сбрасываю. Сема тихо смеется. — Они не приедут, Аури… — Что ты несешь?! Это скорая! Тихо кашляет. — Прости, что…так… — Сема, твою мать! Все будет хорошо! Ты слышишь?! Будет хорошо! — Я уже труп, мелкая. Он снова кашляет, кажется, сильнее бледнеет. — Никто не приедет. Звучит снова, я рычу. — Че ты несешь, мудак?! Не смей! Так! Говорить! — Это правда. Им дали отмашку не приезжать… — КТО?! — Ты знаешь...кто. Замираю. Сема медленно открывает глаза и улыбается. — Они приходили за информацией, но отсосали. Я ее спрятал. В самом надежном месте спрятал флешку… — Какую… — Я все узнал, Аури. Я все знаю о них… — Сема… — Все хорошо. Я же борец с ветряными мельницами, помнишь? Громко, уродливо всхлипываю. Пальцы скользят по его коже, железом пахнет еще сильнее. Он очень слабо сжимает мое предплечье и улыбается. — Прости меня. За то…за все прости… — Блядь, не смей прощаться! — Ты должна знать. Я жалел, что тогда так сделал, но…не знал, как это сказать. — Сема… — Я люблю тебя. — Да пошел ты! Резко отстраняюсь, оглядываюсь, нахожу глазами на вид чистое полотенце, срываюсь и хватаю его. Потом прижимаю к ране, сверху кладу его руку и киваю. — Они не приедут?! Значит, мы поедем сами! Давай! Вставай, сука! Ты не сдохнешь здесь! Не сдохнешь! Адреналин с новой сильной наполняет мою кровь, и я почти легко поднимаю Сему на ноги. Потом тяну его к машине. Тяжело, наверно, но я не чувствую. Я ничего не чувствую, хотя сама больше похожа на оголенный нерв. Мы доезжаем до больницы за десять минут. Никто не едет нам навстречу — значит, он был прав. Им дали отмашку. Сегодня мой лучший друг должен был умереть. «Бонус на твоем уровне» Аури Здесь ужасно воняет. Резкий запах лекарств, отвратительное освещение холодных ламп, тишина, как в морге. Здесь по телу идет холод. Здесь умирает и возрождается надежда. Буквально, сука, каждую секунду! Здесь — это комната ожидания для родственников, которые отчаянно верят, что с их близкими все будет хорошо. И я верю. Пытаюсь верить. Смотрю на свои руки, меня немного трясет. На них уже нет крови, но я все равно ее вижу и чувствую. Меня только что отпустили. Сотрудники полиции лениво провели опрос, но по их посылу я уже понимаю, что никакого расследования не будет. Дело просто замнут, потому что им тоже дали отмашку. Я чувствую себя абсолютно беспомощной. Где-то вдалеке жужжит и тихо вибрирует уродская лампа, а я потеряна, напугана и одинока. Как никогда в жизни. Тихо дышу, стараясь не бередить внутренности, которые до сих пор не в порядке. Истерично тру пальцы. От них разит дешевым, отвратительно-химозным ароматизатором со вкусом клубники. Ненавижу клубнику. Теперь навсегда. Быстрые шаги по пустому, глухому коридору отвлекают меня от страшных мыслей о Семене. Внутри все снова подбирается. Шаги становятся ближе, и страх лижет меня между лопаток. Я знаю, кто это. Мы не виделись столько лет, но я ее чувствую. Это Алина. Ей позвонила медсестра по просьбе главного хирурга, потому что не факт, что Сема доживет до утра. Нужен близкий родственник, который в случае чего сможет принять какие-то решения. |