Книга Бывший муж. Я к тебе не вернусь, страница 2 – Ария Тес

— Что тебе даст эта информация?

— Не знаю.

— Вот и я не знаю.

Снова замолкаем. Смотрит. И я смотрю.

Потерянность наваливается с новой силой. Как себя вести в такой ситуации, я не понимаю. И почему он не озвучивает своего решения — тоже. Зачем ты мне рассказал? Нет, я знаю зачем. Мой муж — не лжец, как бы смешно это ни звучало. Он не станет делать из меня идиотку месяцами, годами, всю жизнь… У него появилась женщина, с которой он спит, а это значит, что…

— Сыновьям скажем вместе.

— Что скажем?

Ян поджимает губы, тянется к карману своего пиджака, но потом опускает руки и хмыкает.

— Полагаю, это означает развод? Или попытаемся спасти…наш брак?

Насмешка буквально осязаема. Если я протяну руку, обязательно смогу об неё физически обжечься.

Это тоже больно.

Это еще больнее, на самом деле. Ничего он не хочет сохранять. Он признался, чтобы разрушить.

— Нет, — даю ему то, что он хочет услышать, и вижу то, что предполагала, но не была готова.

Ян слегка кивает и коротко ставит меня перед фактом.

— На развод подам сам.

Пару раз моргаю, киваю зачем-то, снова отворачиваюсь.

Чувствую себя максимально уязвимой.

Снова потерянность. Снова я не знаю, что ему сказать. А еще больше не хочу вообще рта раскрывать! Раздражать его или…выглядеть глупо. Нелепо. Недостойно.

Будто если это случится…я потеряю абсолютно все. Пусть уже потеряла, но пока об этом никто не знает, и как будто в безопасности.

Я закрываюсь. Максимально прячусь за маской благопристойной леди высшего общества. Жены успешного бизнесмена. Влиятельного человека.

Там безопасно.

Но я же теперь бывшая жена, да? И что в этом безопасного?

— Я соберу кое-какие вещи на первое время. За остальным пришлю человека. Спасибо, что без херни.

Ян хмыкает и встает. Он уходит, а у меня все нутро за ним дергается. Оно подает на колени, хватается за него и просит: пожалуйста, не уходи! Не уходи!

Но я стою на месте. Цепляюсь за стол, чтобы не упасть.

Херня…

Это означает «без эмоций». «Без слез». «Без истерик». Он ненавидит женские слезы и истерики.

Но я хочу устроить истерику!

В полной прострации я выхожу из кузни за ним. Надо только подняться на второй этаж, пройти пару метров и зайти в нашу спальню, чтобы спросить: какого черта?!

Но я этого не делаю.

Не могу.

Я просто не могу себя пересилить. Иду в гостиную и сажусь на край огромного дивана, где мы когда-то любили проводить общие вечера. Праздники…вон там в углу, стояла наша елка. А там…

Ох, боже…нет…

В горло вонзаются тонкие иглы. Они раскаленные, жестокие. Они достают до самого сердца.

Я обхватываю шею рукой, закрываю глаза и застываю.

Так безопасно, Поль, помнишь? Просто не шевелись.

Не знаю, сколько проходит времени. Сколько его обычно требуется, чтобы собрать вещи. А сколько, чтобы разрушить восемнадцатилетний брак?

Сколько?...

Сколько у него заняло времени найти себе шлюху?

Ответ остается где-то там. От меня далеко. И вместо него я слышу тихие, но уверенные шаги.

Ян направляется в мою сторону, потом появляется в зоне видимости, прижимается плечом к дверному косяку и склоняет голову чуть набок.

Я смотрю на него не мигая. Не потому, что боюсь, что он исчезнет. Просто не узнаю в нем мужчину, который когда-то обещал, что будет любить меня всю жизнь…

— Ты обещал, что никогда так со мной не поступишь, — шепчу еле слышно, да и еле-еле в принципе, — Ты обещал, что будешь любить меня и беречь, Ян.