Книга После развода. Самая красивая женщина, страница 44 – Ария Тес

— Ага.

— Ты же понимаешь, что Стеф с тобой не едет?

Нет, сука, не понимаю.

Смотрю на него с сарказмом, а Богдан начинает смеяться.

— Ладно-ладно. Уточнил просто. Пароход отходит сегодня в семь вечера.

Встаю и молча киваю. Не хочу больше с ним разговаривать, потому что…все-таки Аня заставляет меня действовать импульсивно и глупо. А это запрещено. Сейчас нужно сидеть и не отсвечивать.

— И, Глеб…

Богдан останавливает меня возле двери, ведущей наружу. Я поворачиваюсь.

Странные метаморфозы, конечно…секунду назад Измайлов сиял, как начищенная монета, а теперь весь из себя серьезный и «опасный».

Интересно. Что это будет? Очередная угроза?

— Что?

— Я надеюсь, ты понимаешь, что на кону?

Ой, сука, началось…

Еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза, а он продолжает.

— Мой отец мечтает женить меня на дочери своего старого друга и партнера, чтобы укрепить положение и расширить влияние.

Ммм…все становится еще интересней…

— Ты об этом не говорил.

Богдан кривится.

— Потому что не видел смысла обсуждать то, чего никогда не произойдет! В ней сто двадцать килограмм живого веса, плюс еще хрен знает сколько гипотетического. Одному богу известно, на что способна эта прожорливая скотина…

Не сдерживаюсь и начинаю смеяться.

Богдан закатывает глаза и снова откидывается на спинку кресла, глядя в потолок. Покачивается пару раз, потом очень картинно вздыхает и переводит на меня взгляд.

— Тебе, блядь, весело, а мне не очень. Не справишься?

— Дай угадаю. Я буду печатать копии паспортов до конца своей жизни?

— Не-а, - отмахивается он, - Отец против таких манипуляций. Конкурентов мы давим только в честной игре.

— И что же тогда?

— Тогда я женюсь на этой свиноте, другого выхода не будет, но!

— Но? - выгибаю брови, а он обворожительно улыбается и жмет плечами.

— Я заберу твою прекрасную жену и буду ебать ее, пока моя потрясающая супруга не похудеет. Спойлер: этого не будет никогда. Сучка просто фанат булочек с маком и пары-тройки бедных фермеров за один прием пищи! Улавливаешь суть?

Улыбка уже сползла с губ, а в груди разгорелся самый настоящий пожар.

Тварь.

Я снова хочу ему врезать, но снова торможу себя и киваю.

— Улавливаю.

— Отлично. Не облажайся и удачи.

А тебе не захлебнуться в чувстве собственной важности. Еще же не время...

Глеб

Я не собираюсь ставить Стефанию в известность, что меня не будет дома около недели. Знаю, что за этим последует. Очередной скандал, который выведет меня из себя, и на этом все.

Иногда я думаю, что она просто кайфует, когда устраивает очередную истерику.

Иногда мне кажется, что все дело в том, что в ней самой так много нерастраченной энергии, что, возможно, было бы неплохо пнуть ее под зад на работу.

А иногда я просто хочу, чтобы она исчезла.

Сижу возле своего подъезда и задумчиво покручиваю в руках телефон. Сейчас почти два часа дня, и я знаю, что Стефания закинется горсткой транквилизаторов и попрется на йогу. Не знаю, зачем она туда ходит. Как я слышал, йога дарит умиротворение, но ей она дарит…ничего. Просто пустоту, которой, собственно, она и забита под завязку.

Вздыхаю и откидываюсь на сидение, а потом со скуки отгибаю зеркало, и из него вываливается маленький билетик столетней давности. Я мягко улыбаюсь и поднимаю его с колен, а потом провожу большим пальцем по названию фильма.