Онлайн книга «Довод для прощения»
|
— Думаю, я знаю, о чем ты хочешь спросить… Игнорирую. Вместо того, набираю в грудь больше воздуха, еще пару секунд медлю, а потом открываю рот. И да. Я абсолютно полностью понимаю, что делаю. Сейчас моя жизнь разделится на «до» и «после». Прости, малышка Женя, я знаю, что тебе страшно, но так надо… — Ты ее любишь? Вопрос все-таки звучит и имеет эффект разорвавшегося снаряда. После него и в ушах звенит, и от страха сердце в груди колотится, да и весь мир будто замирает. Тишина. Слышу, как со стороны пруда доносятся веселые смешки. Кто-то развлекается, судя по звукам на лодке. Пока моя жизнь висит на волоске… Влад аккуратно касается моих бедер руками, а потом резко тянет на себя и сажает сверху. Крепко держит. Но я по-прежнему не готова смотреть ему в глаза. Настырно уперлась в грудь и хмурюсь, ощущая его взгляд так ярко, как будто касания пальцами. Ды-ши. — Я хочу объяснить тебе кое что, — наконец говорит глухо, и я превращаюсь в одни, сплошные ушки на макушке. Замираю. — Первый год после нападения, я был на реабилитации. Чего я только не пробовал, чтобы вернуть свою память — и психологов, и гипноз, и странные, китайские методы: ничего не помогало. Все вокруг говорили, что вспоминать нечего. Они обрисовали мою жизнь в мельчайших подробностях: что я делал, когда, зачем, и я попытался смириться. У меня в голове сейчас, как будто стена толстая, и если я сильно пытаюсь…в общем, это очень больно. Ежусь. Мне неприятно думать, что ему больно, и когда Влад это чувствует…он смягчается и ласково гладит меня по спине, чтобы я посмотрела на него. Смотрю. Слегка мотает головой, мол, не надо. Не переживай. А когда ловит смирение с действительностью, тихо продолжает… — И казалось бы, да? Раз все так просто, зачем стараться? Это не так и важно…но я с первого дня знал: то, что забрала у меня эта стена — самое важное из всего происходящего со мной за все годы жизни. — Что?... — Да, Жень. Я же поэтому так пытался. Поэтому у меня не получилось смириться, и еще через полгода я в тайне стал ходить на гипноз. Казалось, что он помогает больше остальных методов. Я искал. И искал эти три года тебя… — Но… — Никаких «но». Мою душу рвало и тянуло. Почти каждый день я видел тебя во сне. Лица не было, да и образа, как такового тоже, но смех…и ощущения… Он берет мою руку и прикладывает ее к сердцу, улыбается шире. — Вот здесь… печет, греет, живет…ты там живешь…Я тебя когда в клубе увидел, знаешь, что почувствовал? — Что? — Что наконец-то увидел человека, по которому устал скучать. Радость забила, а ты мне в нос… Тихо смеюсь, губу прикусываю, краснею, и он касается моей щеки, а я, как и прежде, голову поворачиваю, ловлю его ладонь губами и оставляю на ней нежный поцелуй. Но тут вспоминаю! И сразу же корю его. — Ника сказала, что вы пытались завести ребенка! Видимо, смена моего настроения — это действительно смешно, потому что Влад именно это и делает: ржет! А я злюсь! Притворно, скорее для острастки, потому что и сама улыбаюсь… — Прекрати смеяться надо мной! — А ты еще сама не поняла? — Чего? — Зачем Ева это делала? — Чтобы закрепиться. — Именно. Думаю, она прекрасно понимала, что рано или поздно я тебя вспомню. Она хорошо меня знает. Возможно, без личных деталей? Но поведение — да. |