Онлайн книга «Довод для прощения»
|
Мне бы не хотелось. Он мне нравится, если честно. И мягкость, и готовность слушать, и готовность принимать. А еще мне очень нравится Алла Борисовна, которая обнимает себя за плечи и смотрит на меня так, будто все понимает. Я касаюсь ее взглядом бегло, потому что стыдно. Простите… Влад делает на меня аккуратный шаг. — Что это значит, Жень? И что вообще происходит?! Я же просил! Я… — Перед тем, как мы выйдем к журналистам, я хочу поговорить о том, какие отношения у нас будут теперь. Алла Борисовна…вы не заберете Котика? Не думаю, что ему следует присутствовать при этом разговоре. — Да…конечно, — тихо соглашается она, подходит, и когда я ловлю ее взгляд — совершенно точно понимаю, что она тоже в свою очередь все понимает. Но не винит. Лишь сожалеет… Участливо коснувшись моей руки, женщина забирает у меня сына и сразу улыбается, а потом уносит его в смежную комнату. Я наконец смотрю на Влада. Ну вот и все. Настало время все сказать — сейчас Женек издаст свой последний вдох. Черт! Как же это сложно по итогу! Взять и перерубить гордиев узел, который так тесно связал мою душу с этой кличкой по средствам этого мужчины. Но это правильно. Я заслуживаю, чтобы меня любили, а не вечно скитались из одного угла в другой, а он будет скитаться! И будет изменять…я знаю, что будет. Три года назад у меня не было сомнений в его верности, но сейчас я буквально ими дышу. К такому повороту своей жизни я совершенно точно не готова. Нет! Боюсь, я такое просто не переживу… Я ведь не Ева. Мне плевать на его статус, на власть, на деньги, на другие блага! Это неважно. Мне он нужен, я его люблю, поэтому еще раз увидеть или узнать о его неверности, значит, добровольно подписать себе смертный приговор. Только на этот раз фактический, а не ментальный. В конце концов, его неверность убьет меня, и мне это тоже известно. Поэтому я выбираю себя. В кои то веки я выбираю себя, прости, родной… — Я попросила Ника помочь мне составить контракт, — говорю тихо, глаза прячу, забирая папку из рук общего друга, но Влад сразу перебивает. — Какой на хер контракт?! Что происходит?! Делает шаг на меня. — Мы же договорились! Какого черта ты сбежала?! Почему ты выключила телефон?! Это несерьезно! Знаешь, как я волновался?! — Ты же говорил с папой и знал, где я. — Это не имеет значения! Влад выходит из себя и повышает голос, снова наступая на меня. — Я отступил, чтобы на тебя не давить и не нервировать! Ты не дала мне и слова сказать, твою мать! Какого хера, Женя?! — Почитай, — глухо шепчу и протягиваю ему папку, — Ты все поймешь. Почитай и...подпиши. Пожалуйста. Так проявляется трусость. Я физически не могу озвучить свое решение, которое стоит в глотке, как кость, поэтому перекладываю ответственность на листы бумаги. Знаю, что малодушничаю. Но это так сложно…порвать с человеком, которого ты так любишь, что…просто сделайте для меня скидку. Просто дайте мне поблажку, пожалуйста… Влад щурится. Он недоволен, но забирает из моих рук злосчастную папку-смельчака, раскрывает ее и читает. Бегло, быстро, пока брови его сильнее падают на глаза. Пара мгновений проходит, а как будто вечность…и вот наконец он снова возвращается ко мне. Молчит. Еще молчит. А потом рычит. — Ты серьезно?! — Да, — говорю не своим, глухим голосом, и это — последний спусковой крючок. |