Книга Все ради тебя, страница 9 – Ария Тес

— Что ты здесь делаешь, Андрей?! — цежу сквозь зубы, а он вдруг ржет.

Очень хочется спросить, а нет ли у него какой-нибудь душевной болезни? Ну так, чтобы знать, чего опасаться в будущем, но я молчу. Смотрю на него, не в силах сказать и слова — просто онемела от наглости, вероломства и коварства! И смотрю…на его черные усы, аккуратно уложенные, как и седая борода, волосы с модной стрижкой. На нем черная рубашка, расстегнутая на верхние пуговицы, так что я вижу контур татуировки. Это роза в честь моей мамы, и корона — в честь меня. Почему так? Без понятия. Я ни разу не спрашивала их точное значение, но, черт возьми! Знаю…

И так бесит!

Он выглядит слишком хорошо для подлого жулика. Подтянутая фигура, сильные руки, проклятые классические брюки, которые ему слишком идут, так что привлекают мимо скользящие аксессуары, как будто у нас тут распродажа Фенди! Я одариваю их говорящим взглядом, который, видимо, слишком пугает, так что модели ускоряются и сваливают с моего горизонта.

А лучше бы он свалил.

Честно? Прикинув, в чьем обществе я хотела бы оказаться — в его, Адама или проклятых телок, — я вам так сразу ответа и не дам. Но меня то никто не спрашивает…

Андрей успокаивается, потом двигается ко мне ближе и берет нагло за руку, а сам на ухо цедит.

— Лицо попроще сделай и улыбайся, твою мать. Ты же хочешь довести свой план до конца или как?

Хочу! И он это знает. А так как я, как бы, теперь в ловушке, ничего не остается, кроме как поддаться.

Я улыбаюсь широко и ярко, иду за ним следом, иначе он меня просто потащит! И это совсем не комильфо.

Мы встаем лицом к лицу. Кладу одну ладонь ему на плечо, вторую по-прежнему сжимает противная клешня с вульгарными метками.

Ненавижу татуировки.

Принципиально. Из-за него. Стыдно признаться, но было время и я себе хотела парочку, но как только подходила к тату салонам, перед глазами упрямо возникал образ папаши, и все желание горело дотла.

Мда…очевидно, я ненавижу все, что с ним связано? Но я этого не скрываю. Даже в моей натянутой улыбке много места для этой самой ненависти, поэтому он тихо цыкает, вовлекая меня в танец.

— Лицо попроще ты, видимо, сделать не готова?

Итак.

— Что ты здесь забыл?

Очевидно, я игнорирую все его остроты и вовлекаю в разговор, который важен мне. А не ему. Еще чего! Андрей тихо усмехается.

— Тебе же надо затащить его…

— Я и без тебя справлюсь!

— Со мной будет проще. Смейся.

Туплю, за что мою ладонь сжимают сильнее, и я начинаю смеяться. Зачем-то. Не понимаю зачем и почему ведусь, но ведусь, и это раздражает.

— Мне больно, — шиплю сквозь улыбку откровенную ложь, за что получаю саркастический взгляд и кивок.

— Если так ты блефуешь — дело труба.

— Я нормально блефую, ясно?!

— Ага. Смейся.

Выполняю приказ опять на автомате, но сразу и гораздо короче. Не понимаю, какую игру он затеял, и еще больше не понимаю, почему вписываюсь непонятно куда. Где мой мозг вообще?! Или же это интуиция? А может быть очередной раз, когда я верю непонятно во что, даже не удосужившись задать вопрос? Хотя бы один, твою мать! Лиза! Грабли больно бьют, могут и черепушку расколоть, если прыгать на них! Поэтому давай-ка мы обойдемся одним эпическим проебом, окей? Его и без того много для одной жизни.

— Какого черта ты задумал? — не перестаю улыбаться, но нервничаю.